Который занимается моей учетной записью, парень, которого все в банке называют "Чарли", был в отпуске в течение четырех недель, и никто, казалось, не мог мне помочь, кроме как выглядеть очень напряженным и записывать то, что произошло, в маленькую записную книжку. Они заверили меня, что почти полностью уверены в том, что сумма чека теперь останется на счете и что неуловимый Чарли будет проинформирован обо всем, что произошло. Все, что мне теперь нужно было сделать, это по его возвращении связываться с ним каждый раз, когда я замечал, что банковская плата, которую я считал необоснованной, была необоснованной, и он разберется с этим.
Я был вне себя. У меня были недели стресса, недели, когда я тратил время на то, чтобы пойти в банк и объяснить последнюю ошибку, которую я заметил. Никто не извинился. Никто не был готов просто взять на себя ответственность и разобраться во всем за меня. Я должен был регулярно следить за своим аккаунтом и умолять (или, по крайней мере, так мне казалось) каждый раз, когда я замечал что-то не так.
Франция сильно отличается от многих англоязычных стран. Концепция стука по столу, требования компенсации или угрозы судебного иска здесь едва известна. Я поговорил с несколькими французскими друзьями и получил сочувственную улыбку, галльское пожатие плечами и искреннее "c'est la vie". Все они сталкивались с ошибками своих банков и все научились принимать то, что это действительно было частью жизни.