Глава 26. За здоровье нашего нового члена семьи!
Проводив Варю в роддом, Вика первым делом позвонила брату.
- Саша! У меня новость.
- Вика, я не могу говорить, у меня есть только минутка.
- Я проводила Варю в роддом.
- Да ты что?! Когда?
- Сейчас. Она мне позвонила с утра и сказала, что у нее схватки. Я к ней приехала, и мы поехали в больницу. Так что ты станешь отцом сегодня или завтра, а я тетей.
- Викуля! Я так тебе благодарен, - сказал Саша и аж прослезился. - Ты у меня самая лучшая сестра.
На работе у Саши эту новость восприняли с радостью и тотчас же начали собирать деньги на подарок. Потом Вика позвонила родителям. Геннадий Петрович был на работе, а Людмила Ильинична была уже на пенсии и потому к телефону подошла именно она.
- Мама! Ты скоро станешь бабушкой второй раз. Варя в роддоме.
- Да ты что? Ой как я рада!
- Только знаешь, мама, ребенок должен был родиться на две недели позже, а у Вари утром неожиданно начались схватки.
- Так сколько у нее недель, 37-38?
- В приемном покое сказали, что 38 - это нормально. Я ее проводила в роддом в 10 часов утра. Неожиданные схватки застали ее врасплох, ведь у них ничего нет: ни кроватки, ни ванночки, ни коляски.
- Погоди-ка, у вас цела Настина кроватка?
- Да. Настя уже не хочет в ней спать, так что отдадим моему племяннику и твоему внуку. Ванночка тоже есть. А вот коляска вид имела безобразный, и мы ее выкинули. Придется покупать.
- Хорошо. Папа придет с работы, и мы пойдем в "Детский мир" покупать коляску.
Вечером Саша позвонил в роддом, и ему сообщили, что у него полчаса назад родился сын. Поэтому после работы он пошел домой к родителям. Пришла Вика с семьей, и все поднимали тосты за новорожденного Орловского, их внука, сына, племянника и двоюродного брата. А также коренного питерца, наверное, в десятом поколении. Ну а имя пусть родители выбирают.
Назавтра Саша пошел покупать коляску вместе с родителями. Они привезли ее к ним домой в упакованном виде и пришлось ее собирать. Пока Саша и Геннадий Петрович собирали ее по инструкции, Людмила Ильинична с плохо скрываемым раздражением принялась убирать квартиру. "Ну и свинья эта Варя, - подумала она. - Разбросала вещи перед поездкой в роддом. Неужели нельзя было всё положить на место? Чай не родила бы по дороге - это ж первый ребенок и, наверное, последний. А что это за пыль, что за жир на плите и на кухонном столе? Ох я ей устрою разнос когда она придет домой."
Хотя нет, пока скандалить не надо. Надо ведь красиво встретить ее из роддома и подарить ей золотую цепочку или сережки. Да и помогать ей тоже надо - мать-то ее далеко. "Вот и хорошо, я в выгодной ситуации, - подумала Людмила Ильнинична. - Пока я не буду Варьку ругать чтоб она не нервничала и не потеряла молоко, но впоследствии она у меня получит сполна."
В те времена в роддом никого из близких не пускали, но Варя им писала записки. Мальчика единогласно решили назвать Игорем - это имя было в моде в 80х и 90х. Орловский Игорь Александрович - звучит красиво, правда? Еще близкие стояли под окнами роддома и переговаривались с роженицами.
- Варечка, подними Игоря, я хочу его видеть, - кричала Людмила Ильинична невестке.
Варя поднимала новорожденного сына и подносила его к окну.
- Ты мой золотой! - говорила Людмила Ильинична.
- Как я рад, что теперь у меня внук есть, - говорил Геннадий Петрович.
Но всё вышло иначе чем вся семья рассчитывала. Младенец грудь не брал, из-за чего у Вари пропало молоко, потом поднялась температура. С маститом и с подозрением на золотистый стафиллокок ее вообще положили в бокс, поэтому новорожденного Игоря выписали из роддома одного. Куда его привозить? Конечно, к бабушке Люде: она на пенсии, к тому же, медик - всю жизнь на скорой проработала. Поэтому она взяла на себя такую смелость как уход за новорожденным внуком. К тому же, она вырастила двоих детей, а также смотрела за старшей внучкой, так что опыта ей не занимать. А бабушка Лена еще не прилетела в Питер.
Разумеется, Саша временно перешел жить к родителям пока Варя была в больнице. Наконец-то он вернулся к маменьке под крыло, ну а его жена пусть себе как хочет. "Варечка, ты лечись и ни о чем не беспокойся, - писала она ей записки в больницу. - Игорёша у меня, я его кормлю смесями, а также беру донорское молоко на молочной кухне, поэтому будь спокойна". Интересно, - думала Варя. - Она действительно исправилась или притворяется? Но в любом случае она сейчас не могла не быть благодарной Людмиле Ильиничне. Пусть она с характером, но без ее помощи Варя бы не справилась. Она ж не виновата, что здоровье подвело ее. Беременность была с осложнениями, роды были тоже непростые, теперь она опять в больницу угодила - ну просто какой-то рок напал.
Когда Елена Владимировна прилетела, она первым делом вызвалась увидеть внука. Людмила Ильинична ей великодушно разрешила и даже - о, чудо! - предложила ей остановиться у них на Невском пока Варя в больнице. Квартира у них большая, места достаточно, и Елена Владимировна согласилась. Но все ее попытки подменить сватью, понянчиться и погулять с внуком наталкивались на суровый отпор: баба Люда, мол, во-первых, медик, а во-вторых, опыта с детьми у нее побольше чем у бабы Лены, родившей одну-единственную дочь и ставшей бабушкой впервые.
Когда Варю наконец выписали из больницы, она с большой неохотой пошла в свекровский дом, и лишь одно ее утешало: мама тоже там. А когда мама уедет, можно будет и к себе переехать.
- Дорогая моя невестка, сердечно поздравляю тебя с рождением сына Игоря. Я тебе очень благодарна за то что родила мне любимого внука. Немного помучилась, но всё уже позади. Твой малыш в хороших руках и чувствует себя хорошо. А теперь прими от меня этот подарок, - и Людмила Ильинична вручила невестке коробочку с золотым браслетом.
- А от меня прими золотые серьги, такие как ты хотела, - сказала мама.
- Ой, спасибо! - поблагодарила Варя маму и свекровь.
