Мне тридцать пять годков через пару недель стукнет. Считай, одну треть жизни уже пройдено. А через треть и пенЗия не за горами. Ну, если еще какой-нибудь деятель не придумает, что рано в семьдесят годков уходить на заслуженную старость... А может еще лохмаче придумают? Возьмут и, ко всем чертям, отменят ее! Тьфу, тьфу тьфу... Шоб не сглазить!
Народ у нас разный. Кто как крутиться, ибо работы на деревне маловато. Кто по вахтам, кто на ферме, а кто сам себя обеспечивает, открыв КФХ и прочие самозанятости. Есть еще ФАП, клуб, но там за места люди держаться до той поры, пока песок не посыплет.
Мое же нынешнее прибывание -это местный магазинчик. И, соответственно, все идут через меня. Продавец деревенского магазина это кладезь тайн и загадок! К ниму идут не просто за продуктами первой необходимости, но и узнать кто вчерась к Таньке, из тридцатого дома, ночером приходил.
Работаю я недолго, второй месяц только пошел. За это время меня уже достала эта "Санта Барбара"! Все эти сплетни, грызни и прочая ненужная мне информация.
Хоть я и молодка еще, но очень люблю, когда ко мне на посиделки бабульки приходят. Им же дома заняться нечем. Вот и тянутся одна за другой, каждая в свое " особое" время, ко мне на лавке посидеть, да повспоминать о былых временах: как жили, чем занимались, как гудели всей деревней на свадьбах и праздниках разных, какая дружба была меж друг другом.
И вот сидит бабулька. Лицо цвета капучино, а морщинки по нему разбрелись, да так много... На руки глянешь, пальцы все корявеньки, поискручены. Кожа на руках сровне бархату тонкому, гляди, вот вот порвется... Сама худа, горбинка на спине. Сразу видно, что жизнь у ней не сахар была, что руки ее и знать не знали о маникюрчике. Что спина ее на себе тяготы несла.
Спросишь ее, что брать будет, а она в ответ: - хлеба надо, одну подешемши мне дай, а нарезки, штук пять, Тризору, да дай черную, он белую не есть... А ещЕ, селедки олюторской пакет "майку" наложи....
Спрашиваю: - Гостей, баб Лена, ждешь? Столько рыбы, наверное, на посол взяла?
-Неее, Анюта... Меня же в больницу кладуть, есля койка буде. На капельницы. Давление высокае. На десять дней. А рыбу то я котейкам взяла, меня не будет, что им давать дочка станет? Вот и бяру много, а то схудают. Она ж им не наварит, некада ей...
-А себе то что хоть возьмешь? Коты теперь с запасом, собака тоже.
- Сабе соку возьму литровую. И печеня с полкило вешай, вон тоя, подешемши.
- Баб Лена, может еще что?
-Не, Ань, итак многу набралось. А ещЕ, с пенсии отдать надо за мусор, свет и воду. Лекарствов куплять нынче много. И тебе ж долг отдать... Вот и уйдёт вся пенсия до копейки.
Мда... Села я на табурет, смотрю на эту бабульку и думаю... Столько лет прожила, столько проработала (врать не буду, не знаю точно сколько стажу у нее, дофига, всю жизнь в деревне на ферме). А заработала уйму болячек, горбатую спину и жизнь в долг. Пенсия - одиннадцать тысяч. Два кота и собака, которые дают больше пользы, чем наши "деятели". Собака охраняет, коты мышей ловят, а " эти" бабкам бабки зажимают на нормальную жизнь.
Ну вот когда у нас будет все как у людей? Дождемся ли мы лучшей старости, чем нынешние старики? Как будет у нас через лет так тридцать пять?