Создание этой части явилось результатом деятельности «конкурентов» вермахта — СС, а точнее — командующего силами полиции и СС в Сербии группенфюрера Августа Мейснера, который выражал недовольство царившим в РОК русским духом, монархическим и недостаточно лояльным по отношению к нацистской идеологии[75].
Эту проблему немцы попытались решить с помощью вышеупомянутого М.А. Семенова. Семенов «обнаружил» у себя немецкие корни, получил статус «фольксдойче» и был формально зачислен в 7-ю добровольческую горную дивизию СС «Принц Ойген», формировавшуюся из воеводинских немцев. Став, таким образом, гауптштурмфюрером СС, М.А. Семенов к тому же смог добавить к своей фамилии приставку «фон» и получил немецкое гражданство. Таким образом, он стал подходящим человеком для формирования полицейских частей из радикально настроенной эмигрантской молодежи. В казармах РОК, располагавшихся на Банице, Семенов занялся пехотной подготовкой с контингентом, численность которого составляла примерно 400–600 человек. Сам Семенов вместе с помогавшими ему в обучении новобранцев офицерами (Чухновым, Гриневым, Остерманом и Лавровым) разместился в «Палас-отеле» в центре Белграда, сохранившемся и поныне (Белград, Топличин венац, 23). В том же отеле он разместил и свой штаб, и рекрутную комиссию. Для увеличения привлекательности службы в полиции окружение Семенова распустило слухи о том, что вроде бы формирующийся батальон готовится для особой операции на Восточном фронте — для десанта в районе Новороссийска. В результате всех этих ухищрений М.А. Семенову удалось сформировать батальон хипо («Русское хипо», как его называли эмигранты, от нем. Hilfe Polizei — вспомогательная полиция), который находился на бюджете Главного управления СС[76].
После формирования, как это и планировалось, батальон получил статус вспомогательной полицейской части и был использован для борьбы против повстанцев в Сербии[77]. Эмигранты, мобилизованные Семеновым, были размещены в придунайских городах к востоку от Белграда — в Смедереве и в Пожаревце. В начале 1943 г. из русской молодежи был также сформирован Отдельный кавалерийский эскадрон, который действовал в придунайских областях Сербии и Баната. Им командовал русский эмигрант из Белграда, уроженец Киева Михаил Шидловский (1900 —?), так же как и М.А. Семенов, примостивший к своей фамилии приставку «фон»[78]. Еще один полицейский отряд из русских эмигрантов действовал на севере Баната[79]. В середине 1943 г. мобилизационные ресурсы русской эмиграции в Сербии и ближайших странах истощились, и М.А. Семенов отбыл в Германию.
О дальнейшей судьбе этих частей можно судить на основании косвенных данных. В Архиве Югославии в фонде Государственной комиссии по военным преступлениям сохранился массив документов офицера по бытовым вопросам членов семей ваффен-СС из Сербии, имевшего штаб-квартиру в Бечкереке (Петровграде), крупнейшем городе Баната (Сербия)[80]. В фонде сохранилось 2050 дел, на основании которых 279 человек можно идентифицировать как русских эмигрантов по месту рождения в Российской империи, или (в случае, если они родились после 1921 г.) по русским фамилиям и именам. Большинство из них служили в III батальоне хипо, входившем в 1944 г. во II добровольческий полицейский полк «Сербия» (III. Hipo.-Batl. / Polizei Freiwilligen Regiment 2 Serbien), хотя отдельные лица служили и в других частях полка. Этот полк был сформирован из более мелких частей вспомогательной полиции весной 1944 г.[81] Судя по личным номерам, значительное число этих лиц рекрутировались в 3–4 приема в период с середины 1942-го до первых месяцев 1943 г. На основании этого можно предположить, что эти люди и были остатками эмигрантских полицейских частей, формировавшихся рекрутной комиссией в отеле «Палас». Хотя II добровольческий полицейский полк «Сербия» просуществовал до конца 1945 г., невозможно утверждать, что русские части в нем сохранились до самого конца, т. к. вышеупомянутый фонд был захвачен уже в октябре 1944 г. и не содержит более поздних записей.