Нобелевский лауреат, главный редактор «Новой газеты» задал президенту «неудобный» вопрос
Президента России Владимира Путина неожиданно «озадачили» вопросом на одну из самых злободневных тем: по поводу закона об иностранных агентах. Вопрос прозвучал на заседании международного дискуссионного «Валдайского клуба», где сам Путин много говорил о прошлом, настоящем и будущем России, свободе слова и гражданских свободах в целом.
В иностранные агенты в последнее время буквально пачками стали записывать независимые средства массовой информации, правозащитников и оппозиционных деятелей. «Потревожил» главу государства Дмитрий Муратов — российский журналист, правозащитник. главный редактор «Новой газеты». С недавнего времени — лауреат Нобелевской премии мира [её он получил в 2021 году, «за усилия по защите свободы выражения мнений, которая является предпосылкой демократии и прочного мира»].
«Я очень внимательно изучил Ваш ответ, Владимир Владимирович, на Московской энергетической неделе по поводу иноагентов, что это не мы первые приняли закон, а Соединенные Штаты еще в 1930-х годах.
Но поскольку, господин Президент, мы же не каждый закон, принятый в США, принимаем у себя, у меня вопрос про иноагентов остается. Он ведь касается, мне кажется, не только тех десятков и десятков журналистов и правозащитников, которые включены в реестр, он касается и сотен тысяч и миллионов, которые читали этих журналистов. Поэтому мне представляется это серьезным.
Самое главное. Вы сейчас упомянули свой ленинградский университет, я Вам хочу сказать, что как раз это Ваше образование даст возможность нам друг друга понять.
Этот закон бессуден, там не предусмотрен суд. Тебя назначают иностранным агентом, и нет состязания сторон, предоставления доказательств и приговора. Есть клеймо.
Я напомню нашу любимую с детства книгу: это такое же клеймо, как у Миледи в «Трех мушкетерах». Но ведь когда Миледи отрубали голову, лилльский палач на рассвете, все-таки ей прочитали приговор. А здесь нет приговора.
Больше того, из этого закона нельзя выйти. У нас нет даже предупреждения о том, что с завтрашнего дня ты становишься иностранным агентом. Для многих, безусловно, это – врагом Родины. Я помню по своей службе [в армии], что все-таки в уставе караульной службы сначала часовой делает предупредительный выстрел вверх, а без предупредительного выстрела стреляет только, извините, конвой в лагере.
Мне кажется, что нам нужно с этим разобраться. Там же есть такие размытые критерии. Например, получение организационно-методической помощи. Это что означает? Вот я беру сейчас у кого-то из членов Валдайского клуба комментарий, и если он представитель другой страны, и мы — иноагенты? По пятницам они это объявляют. Я хочу напомнить, что завтра как раз пятница.
Хочу Вас попросить отреагировать на такую постановку вопроса, и может быть, Вы, Владимир Владимирович, вместе, например, с председателем Государственной Думы проведете внеочередную встречу с редакторами разных медиа, для того чтобы мы смогли обсудить вопросы, которые назрели.
Большое Вам спасибо», — выступил Дмитрий Муратов.
Президент свой ответ начал с поздравления Муратова с присуждением Нобелевской премии, а по поводу обеспокоенности Муратова «недосказанностью» в законе, ответил, что власть «посмотрит размытые критерии».
«Ваша озабоченность по поводу иноагентов. Я не буду влево, вправо уходить. Смотрите, Вы сказали, что здесь, когда принимаются эти решения…. Во-первых, американские законы. Надо ли нам все у американцев копировать? Все не надо. Но у нас многие в России люди либеральных взглядов тем не менее призывают копировать почти все. Но я с Вами согласен: все не надо.
Вы сказали о том, что это не через суд решается. А в Штатах тоже не через суд, там в Минюст вызывают. Вон спросите у «Russia Today», что там творят. Знаете, как жестко? Там до уголовной ответственности. У нас такого нет. И дело не в позиции того или иного общественного деятеля либо той или иной общественной организации, либо средства массовой информации. Дело не в их позиции. Этот закон не запрещает иметь свое собственное мнение по какому-либо вопросу. Этот закон связан с получением финансовой поддержки из-за рубежа в ходе внутриполитической деятельности. Вот о чем речь. Этот закон даже не запрещает дальше проводить эту политическую деятельность. Просто эти деньги, которые получаются из-за кордона, из-за бугра, должны быть окрашены, и российское общество должно знать, что человек такую-то позицию формулирует, так-то он относится к внутриполитическим процессам или еще к каким-то, но он получает деньги из-за границы. Это право российского общества. По сути, у нас к этому все и сводится. Там ограничителей никаких нет.
Поэтому, когда Вы сказали, что нет приговора, – так его и нет, действительно. С Миледи был приговор – ей голову отрубили. А здесь никто ничего не рубит. Как работали дальше, так и работайте.
Но в чем Вы правы? Я даже спорить с Вами не буду, потому что это – правда. Конечно, наверное, нужно еще раз и еще раз, это я Вам обещаю: мы посмотрим еще раз эти размытые критерии. Часто-нечасто, но я знаю, бывает, и мне даже мои личные знакомые говорили, что они занимаются тем-то, такой-то благотворительной деятельностью, а их подводят уже к тому, что они иноагенты. Знаю, и на Совете по правам человека об этом тоже коллеги говорят. Я постоянно даю такие поручения в Администрацию Президента и депутатам Госдумы, чтобы возвращались, совершенствовали этот инструмент, и ни в коем случае не злоупотребляли им.
Так что за то, что Вы еще раз на это обратили внимание, спасибо. Мы этим займемся.
Вам спасибо большое», — заявил Владимир Путин.
На деятельность иностранных агентов государство накладывает ряд ограничений и требований.
Иностранные агенты в России делятся на три группы, которые в разные годы были определены законодательно:
некоммерческие организации — иностранные агенты — с 2012 года,
СМИ — иностранные агенты — с 2017 года,
физические лица — иностранные агенты с 2020 года.
Александр Степанов