Мила шла после плейбэк репетиции по тёмному переулку, неожиданно для себя подумала:
- Хоть маньяк на меня какой-нибудь напал что ли…Если уж для нормальных мужчин, я словно человек-невидимка…
И тут же одёрнула себя:
- Людмила, ты заканчивай с такими опасными мыслями, они же материальны, накличешь на себя беду, будешь потом локти кусать,- в ту же секунду, женщина поскользнулась на льду и инстинктивно, чтобы сохранить равновесие, изо всех сил дёрнула головой назад. Людмиле показалось, что эта часть тела оторвётся от шеи, но острая боль вернула Милу в реальность:
- Маньяка так и не встретила, не смотря на ожидания, голова осталась на месте, только шейный остеохондроз в очередной раз обострился,- так думала женщина, подходя к остановке общественного транспорта.
Сев в нужную маршрутку, Милочка продолжила прерванный диалог с собой:
- Я не сразу это поняла. Я хожу, двигаюсь, ем и отвечаю на вопросы, когда меня спрашивают, интересуюсь погодой и даже смотрю новую одежду в магазине: подойдёт ли эта кофточка к новым джинсам или лучше купить юбку? Куда поехать отдыхать на следующее лето или отложить деньги на потом, под общим названьем "чёрный день"..
На самом деле я уже давно не живая, словно не видимый вампир выкачал всю мою кровь, а лучше сказать, энергию, до последней капельки и оставил функционирующую оболочку.
Которая, знает, как делать покупки в магазине, как ходить на работу и разговаривать с людьми и даже думает, что умеет любить детей, природу, кошек и мужчин.
Ей так сказали, научили думать, что она это может.
На самом деле, я как в популярном триллере "Чужие", только оболочка.
Так страшно было признаться самой себе, что я давным-давно НЕ ЖИВАЯ.
Вот сейчас подумала об этом, и стало легче.
Теперь всё понятно, что со мной происходит. Я просто умерла внутри. Ещё не знаю, вся, или только какая та значимая часть и может ли она восстановится, например, как хвост у ящерицы, или у людей всё по-другому и так легко не бывает.
А жаль, что гомо сапиенс не способен впадать в анабеоз, потом просыпаться с весенним тёплым солнышком.
Эх, я тут размечталась, сразу, повеселела, стало по легче, ушла эта неопределённость, выносить которую стало уже непереносимо..
Оказывается чувствовать, что ты перестала быть живой, гораздо легче, чем не чувствовать вообще ничего.
Если я не живая, но все функции организма успешно сохранились, то нужно просто выяснить и вспомнить, что такое со мной приключилось и когда я перестала быть живой внутри. Слава богу, память у меня работает в полном объёме.
Мила пришла домой, сняла шубу и сапоги, включила ноутбук и нашла нужный файл, открыла и стала читать:
-Она ушла. Навсегда. И больше никогда не вернётся. Наверное.
Так легче думать, если предположить: Наверное.
НЕ лукавь, а проще говоря, не ври себе, занятие настолько никчемное и бесполезное, даже вредное. Можно ведь так завраться, что и не вспомнишь, как тебя зовут.
Будем считать, что она ушла навсегда. Хотя считать так, совсем не охота.
Хочется, чтобы было, вот это..
Не будет. Никогда. Прими, как данность, как радугу, в которой только семь цветов, сколько не считай, их не станет восемь. Не мечтай.
Если она ушла, значит совсем. И не смотри по углам в своей комнате, не ищи остатки следов и не нюхай воздух, словно ты бездомный кот и ждёшь подачки от прохожего.
Её больше нет. Она не пишет заявление об уходе, не оставляет предварительное уведомление. Просто исчезает в никуда.
Её невозможно удержать. Когда её было много, казалось, она была по всюду и везде. В бокале красного сухого вина, налитого вечером за ужином, в маленьком огоньке, зажжённого любимого подсвечника, в тёплой ванне, налитой заботливой рукой и в чашек любимого кофе, с его неповторимым ароматом.
А сейчас всё изменилось. Есть и чашка и кофе и тёплая вода в ванне.
Но нет её. Она ушла, не спросив, не разрешения, не твоего согласия.
И так тоскливо сжалось внутри, не знаю, что там за орган, "под ложечкой" или где то ближе к солнечному сплетению.
Когда она была со мной, я дышала, воздух свободно циркулировал по моим лёгким. А сейчас, с её уходом, всё так съёжилось, словно кислород больше не желает просачиваться в мою дыхательную систему для поддержания жизни.
Да и зачем теперь? Если она ушла.
И что будет со мной, если она не вернётся, а судя по всему. Это так.
Это просто мозг, он не хочет верить в очевидные факты и посылает в сердце ложную надёжду. Если бы ни это, тогда бы могло произойти непоправимое и этот мышечный орган, перекачивающий кровь по моему организму, остановился. Навсегда.
Не фантазируй, так не бывает, это опять приходит на помощь вездесущий разум, так и хочется, его ударить по башке. Вот, даже стало чуточку смешно.
Не стало, это не правда. Она ушла, и я больше не хочу включать систему, работающую на самосохранение организма.
Если она не придёт, я существовать останусь лишь, как функциональный объект, но внутри уже всё не живое. Пустыня, в которой никогда не случится дождь. Интересно, где такое место и есть ли оно на Земле, ну тогда на других планетах.
Я могу писать тысячи слов, нежных, горьких и страстных, но я знаю и чувствую на уровне кожи. Она никогда не вернётся, сколько бы я не просила и не умоляла.
Она ушла насовсем. Мне стыдно про это писать. Назову это Теплом, может Нежностью. Смущаюсь, звучит как то очень пафосно, по киношному. А всё равно напишу, как говорится, бумага, то бишь компьютер, всё стерпит.
Это моя любовь.»