Когда-нибудь я расскажу вам обо всех странных предметах, которые обнаружил в лесу. И даже покажу фотографии. А сейчас — только об одном из них.
В октябре под деревьями всё завалено жёлтой листвой. Лес почти пустой, а одиночество располагает к размышлениям. Размышлял я больше о том, как дальше снимать кино, и где взять денег.
Грибов было очень мало. Пробродив часов пять, я набрал немного сыроежек и белых, чуть-чуть опят. Решил возвращаться. Прикинув по азимуту направление (это очень полезная опция, если навигатор не ловит сеть, а раньше ловил, да), лёг на ост-норд-ост. Против солнца справа, вдоль рядов кукурузы.
Идти предстояло не очень далеко, километра два — сначала по тропе вдоль болота, потом по старой лесной дороге до садоводства. А дома, ребята, в садоводстве том — выше самых высоких деревьев. У иных и джип у въезда стоит, у кого и квадроциклы. А псы лютые сквозь ворота глядят, охраняют хозяйское добро. Будь осторожен, одинокий странник ! И не вынимай руки из кармана, где спрятан газовый баллон. Тропа кончилась.
Среди молодой поросли на краю болота я заметил на земле несколько ржавых, полускрытых опавшей листвой квадратов. Осторожно обойдя их, я подобрался поближе, чтобы рассмотреть (никогда не приближайтесь резко к любым ржавым предметам в лесу). Квадраты оказались железными коробками, разделёнными на секции. И эти коробки были знакомы мне. То были стальные корпуса ТМ-35 — противотанковых мин времён Второй Мировой войны.
Корпус такой мины содержит 2,8 кг тротила. Ну, или пикриновой кислоты, для разнообразия. В эти секции вставляются тротиловые шашки, а в круглое отверстие — запал. Так что баловаться с подобными вещами крайне не рекомендуется.
Как туда попали эти мины, неизвестно. Судя по всему, они лежали там давно, и были вытащены из какого-то схрона уже через много лет после войны. Одна из них была зажата корнями берёзки, возрастом примерно лет десять. Следов взрывчатки не было видно — вероятно, её извлекли, или мины изначально были разряжены, а крошки вымыло дождями. Тротиловые шашки могли понадобиться для другой миссии.
Сохран ТМ-35 был не очень хорош, корпуса сильно поржавели, некоторые частично рассыпались. Я набрал номер военного музея моего микрорайона. Никто не взял трубку. Подумал с минуту. Грибов почти нет, в кармане рюкзака есть пара пакетов на всякий случай. Очистил мины от грязи, слил воду, упаковал в пакеты, и двинулся к выходу. По дороге встретил вот их:
В музей я звонил ещё пару раз, с тем же результатом. Никто не пришёл под липы. Никто не сел на скамейку. И мины уехали на переплавку со следующей партией металлолома. К мирному будущему. Наверное.
Вот так было. История эта, быть может, не заключает в себе никакой морали. И, может, она не лучше и не хуже других историй с бродилками и заброшками, которых хватает у меня в черновиках. Но всё же, всё же...