— Для первого раза вы сыграли отлично, — похвалил Мак Кэтт. Глаза у него блестели, он сиял как ребенок. Грегори пожал плечами; ему было как-то неловко.
— Может быть, это профессиональное. Ведь я сыщик.
— Нет, это не то — здесь надо работать головой. Вы уже не смогли бы в это играть, вы уловили принцип. Эта игра поддается математическому анализу, вы знаете? Скисс не выносит подобных игр, это его изъян, существенный изъян…
Произнося это, Мак Кэтт медленно передвигался вдоль рядов автоматов; в музыкальный он опустил пенс, привел в движение радужные мишени лотереи, дернул рукоятку, и внезапно поток медяков высыпался ему в подставленную ладонь. Мальчишки возле авиатира обратили на это внимание и медленно подтягивались к ним, наблюдая, как небрежно Мак Кэтт опускает в карман монеты. Но Мак Кэтт вторично не стал испытывать счастье. Они вышли, минуя того парня, который с ожесточенным и тупым выражением лица опускал в аппарат все новые пенсы и стрелял, стрелял.
В полутора десятках шагов виднелся другой пассаж со множеством магазинов. Грегори узнал его — там он недавно заплутал; в глубине он увидел громадное зеркало, замыкающее проход.
— Там нет прохода, — заметил он, останавливаясь.
— Знаю. Вы подозреваете Скисса, не так ли?
Грегори ответил не сразу.
— Это ваш друг?
— Можно сказать и так. Хотя… у него нет друзей.
— Ага, он не позволяет любить себя, — с неожиданным нажимом произнес Грегори. — Только… вы не должны задавать мне такие вопросы.
— Даже риторические? Ведь ясно, что вы его подозреваете. То есть не обязательно в том, что он виновник этих исчезновений, но, скажем так, в том… что он сообщник. Однако и это несерьезно, вы сами в этом удостоверитесь спустя какое-то время. Вот только прекратите ли вы расследование, если сами, своими глазами увидите нечто вроде воскресения? То есть мертвеца, который садится, передвигается…
— Это Скисс просил вас задать мне этот вопрос? — сухо поинтересовался Грегори. Вдруг оказалось, что они стоят посредине пассажа. Было непонятно, как они там очутились. Остановившись возле витрины, в которой декоратор без башмаков, в одних носках, стягивал платье со стройной, златовласой куклы, Грегори неожиданно вспомнил сон. Он внимательно следил за тем, как из-под золотистой парчи появляется розовое и нежное тело манекена.
— Жаль, что вы так истолковали мой вопрос, — медленно произнес Мак Кэтт. Едва кивнув головой, он повернулся на каблуках и исчез, оставив Грегори перед витриной.
Пройдя несколько шагов в глубь пассажа и заметив свое отражение, Грегори повернул. На улице сияло все больше витрин, движение, как обычно к вечеру, возрастало, он брел в рассеянности, его толкали, наконец он свернул в боковую улицу. Минуту спустя он сообразил, что стоит перед подъездом, с обеих сторон увешанным рамами с фотографиями. Он окинул взглядом все свадебные снимки прильнувших друг к другу пар, обезличенных олеографической ретушью, беспомощные улыбки из-под фаты и показную бодрость мужчин в смокингах. Со двора доносился стрекот автомобильного мотора. Он вошел во двор. Возле старого автомобиля с поднятым капотом на корточках сидел с зажмуренными глазами человек в распахнутой кожаной куртке. Он вслушивался в нарастающий вой двигателя. Через открытую дверь гаража видны были капоты других машин. У стены валялись пустые канистры и колеса. Мужчина в куртке открыл глаза, словно ощутив присутствие постороннего человека, и вскочил на ноги. Его физиономия утратила выражение неземной отрешенности.
— Чем могу служить? Вы хотите взять напрокат машину?
— Что? А можно… ее взять напрокат? — почти непроизвольно поинтересовался Грегори.
— Разумеется. Пожалуйста! Вы хотите какую-нибудь новую марку? У меня имеется "бьюик" последнего выпуска с автоматическим управлением, обкатанный, ходит как часы. Прокат почасовой?
— Нет, то есть да. На один вечер. Хорошо, я возьму бьюик", — принял решение Грегори. — Вы берете залог?
— Смотря у кого…
Грегори предъявил удостоверение. Тот улыбнулся и поклонился.
— Для господина инспектора без залога, само собой… Пятнадцать шиллингов вы заплатите позже. Значит, "бьюик"? Хорошо. Залить вам бак?
— Да. А много времени это займет?
— Что вы, один момент.
Мужчина в куртке скрылся в темном гараже. Одна из машин дрогнула и тихо выехала на бетонную площадку. Грегори расплатился, положив монету на огрубевшую, лоснящуюся от масла руку хозяина. Захлопнул дверь, поудобнее устроился на сиденье, попробовал, как отжимаются педали, включил скорость и осторожно выехал на улицу. Было еще достаточно светло.