— Война войной, а обед по расписанию, мужики?

Стоило только Сергею снять с пса комбинезон, как он мигом помчался в свою каютку и через пару минут вернулся, держа в зубах большую миску из нержавейки. Так они и вошли в столовую, где возле стены уже разлеглись возле мисок хвостатые члены экипажа «Мустанга». Остальные члены экипажа сидели за большим обеденным столом и Сергей, посмотрев на такую идиллию, подсаживаясь к столу со смехом воскликнул:

— Война войной, а обед по расписанию, мужики?

— А как же, Батя. — Широко улыбаясь ответил ему главный минералог корабля-сборщика Хуан Антонио Альварес, в котором уже нельзя было узнать старого профессора Массачусетского технологического университета — Если мы доверху забили танки нашей лошадки, то почему бы и самим не пообедать, прежде чем отправиться домой. Тем более, что пыль нам на этот раз досталась жирная, почти вдвое тяжелей обычной. В ней полно железа. Так что домой лететь придётся не спеша.

Двое дежурных по камбузу тотчас принялись накладывать корм в миски собак и Сергей известил всех членов экипажа под их весёлое, задорное чавканье:

— А вот домой мы сегодня как раз и не летим, ребята. Выгрузим пыль в Нью-Лондоне, примем на борт водород и мультитекс, и сразу же отправимся в Лабиринт Ночи. Очень мне хочется прежде, чем отправляться на Землю, посмотреть на то, чем же там на самом деле забиты трещины в каньонах, да, и на сами эти трещины тоже. Не знаю как вам, ребята, но мне давно уже неймётся пройтись по этому Лабиринту с пылесосом.

— Давно уже пора! — Громко воскликнул профессор Альварес нервно теребя свой медальон — большое платиновое кольцо с вставленным в него Клинком Аллаха.

Его дружно поддержали все остальные члены экипажа и только появление на столе глубоких тарелок с наваристым борщом предотвратило дискуссию. После обеда все восемнадцать человек, большая часть членов экипажа «Мустанга», быстро разбежались по своим постам и Сергей Чистяков вошел в пилотскую кабину и сел в командирское кресло. Арес лёг рядом и положил морду на лапы. Пёс полностью доверял своему хозяину, как пилоту, хотя на этот раз «Мустангу» предстоял довольно тяжелый старт.