— Серёжа, скажи мне, что тебя так тревожит? Ты весь прошлый год был какой-то сам не свой.

Они несколько минут лежали молча, пока Юля не спросила:

— Серёжа, скажи мне, что тебя так тревожит? Ты весь прошлый год был какой-то сам не свой. Ты боишься, что с тобой что-нибудь произойдёт первого февраля?

С уверенностью в голосе, которая не должна была по идее не оставить у жены никаких сомнений, он ответил:

— Юля, поверь, первого февраля со мной не произойдёт ничего плохого. Что-нибудь плохое со мной могло произойти в любой из дней за все эти тридцать четыре года, но через меся действительно может произойти всё, что угодно, но только не со мной. Да, и вообще я не жду от этого дня ничего плохого.

Хотя он и старался говорить спокойным и уверенным тоном, жена всё же почувствовала наигрыш и сказала:

— Это ты только говоришь так, любимый. На самом же деле тебя что-то очень сильно гнетёт, хотя ты всё и скрываешь. Может быть ты поделишься со мной своими сомнениями? Не уверена в том, что я смогу тебе помочь, но ты хотя бы не станешь держать их в себе. Расскажи мне, что тебя мучает любимый?

— Мучает? — Переспросил Сергей и сказал — Да, пожалуй что и мучает, Юлечка. Понимаешь, весь последний год я действительно очень часто вспоминал все годы, что провёл в своём всё-таки прошлом, и чем больше думаю обо всём, тем больше нахожу странностей. Вот скажи мне, любимая, ты сама не находишь странным, что мне с такой лёгкостью удалось убедить во всём сначала генерала Столбова, дядю Виктора, затем Юрия Владимировича, вместе с ним Брежнева? Знаешь, я конечно уже в то время имел довольно большой опыт ведения переговоров, но при этом не следует путать чисто коммерческие переговоры с разговором на такие темы. Сейчас я иногда задумываюсь над тем, кем был я и кем Андропов, и начинаю понимать, что всё у меня с ним прошло как-то подозрительно гладко. Является в Москву какой-то хрен с горы, суёт ему под нос здоровенный телек и начинает показывать страшные картинки, после чего Андропов, обладавший огромной властью, поплыл, как кусок сливочного масла на горячей сковородке. Что-то здесь не так, любимая. Да, Юлька, если мы с тобой уж заговорили на эту тему, признайся, я что и на тебя имел точно такое же влияние или нет?