Хуан Альварес широко заулыбался и спросил: — Что, кум Микола, по астероидам соскучился?

Николай, украинец богатырского телосложения, который в экипаже «Мустанга» был бортинженером, весело сказал:

— О, це дило, значит марсияне без работы не останутся. Но это всё добре, Серёга, только ты мне вот что скажи, когда мы к нашей «Савраске» настоящие движки приделаем?

Хуан Альварес широко заулыбался и спросил:

— Что, кум Микола, по астероидам соскучился?

Николай, зажав в своём пудовом кулачище кулон, ответил:

— Ещё как соскучился, Антоныч. Мне этот наш Клинок Аллаха чуть ли не каждую ночь снится.

Сергей, лакомясь сухим козьим сыром с виноградным соком первого марсианского урожая, сказал улыбаясь:

— В феврале приступишь к пересыпке движков и модернизации «Мустанга», кум Микола, но боюсь, что летать вы нём уже будете без меня ребята.

Все понимающе закивали головами. Никому не нужно было объяснять, что первого февраля будущего года исполнится ровно тридцать четыре года с того момента, как Сергей Чистяков заступил на свою вахту. Профессор Альварес вздохнул и спросил:

— Серхио, чем ты займёшься, когда временная петля будет окончательно снята? Снова погрузишься в большой бизнес или займёшься глобальной политикой? По-моему тебе в самый раз начать формировать мировое правительство.

Энергично помотав головой в знак отрицания, Сергей, чуть не поперхнувшись виноградным соком, воскликнул:

— Упаси меня Бог соваться в политику, Хуан! Нет, вот уж чем-чем, а политикой я точно никогда не займусь. Ну, а если честно, мужики, то я предпочитаю пока что не загадывать. Спросите меня об этом первого февраля в полдень.
Пыль из двух вроде бы не таких уж и больших трещин экипаж «Мустанга» выкачивал целых две с половиной недели, совершив двенадцать рейсов, поскольку заполняли танки пылью всего за пятнадцать, шестнадцать часов, да, так и не смог выкачать её полностью. При этом в конце концов выяснилось, что это были самые настоящиё пыльные ловушки. Двенадцатый рейс они совершали с полупустыми танками, так как надвигалась пыльная буря и когда она через двое суток закончилась, выяснилось, что эти борозды тридцатиметровой глубины снова доверху заполнены пылью.