Однако в первую очередь надо было добраться до точки возрождения. А я всё ещё понятия не имел, где она находится — а точнее, где нахожусь я. Вокруг была темнота, сквозь которую доносились только далёкие звуки боя. Прислушавшись, я понял, что звуки, которые раньше были ближе и громче всего, уже стихли. В той стороне, где я их слышал, теперь звучал стройный хор голосов, которые что-то громко выкрикивали. И вот это мне совсем не нравилось… Сжав в левой руке оба посоха, я медленно двинулся на звук, решив проверить, что там вообще происходит.
Вскоре под ногами стали попадаться трупы — и защитников точки, и тварей. Я явно шёл по тем местам, где ещё недавно кипело сражение. На удивление, большинство мёртвых тел были уже обобраны — разве что одежда осталась, да различные предметы у людей. Обыскав несколько трупов, я пришёл к выводу, что в первую очередь преуспели в мародёрстве твари. Они брали то, что могли сами использовать. У одного убитого штурмовика я обнаружил камень с красной точкой и логосами вокруг. Камень для корректировки стрельбы дирижаблей — полезная штука, но совершенно непонятная тварям…
Камень я взял с собой. Если в небе остались ещё целые дирижабли, то хотя бы огнём смогут поддержать. Больше таких находок не было, зато несколько накопителей и чешуйки из карманов позволили забить посохи энергией под завязку. Пока я собирал остатки ценностей с хладных тел боевых товарищей, крики впереди смокли. А потом зазвучал один-единственный низкий голос. Слова я разобрать всё ещё не мог.
Я пошёл быстрее, желая узнать, что там впереди происходит. Пару раз я сворачивал в тупики, несколько раз заплутал по кругу, но подходил всё ближе и ближе к источнику голосов. К тому же, стало светлее, и я, наконец, узнал места — это были проходы, ведущие к площади перед точкой возрождения. Той самой, на которой собирались защитники, прежде чем отправляться в бой.
На этот раз площадь снова была забита до отказа. Вот только толпились на ней не люди, а твари. И стояли они плотно-плотно… Тут их тысяч тридцать собралось — не меньше. Нечего было и думать как-то их обойти. Многие из них держали над головой факелы, которые ярко освещали всё обозримое пространство. Голос же, на который я шёл всё это время, продолжал вещать:
— Нежные! Мы — аранг! Мы пришли, и ваши скалы пали! Мы вошли в ваши дома и забрали ваши богатства! Мы спустили с небес ваши летающие машины! Мы нашли ваших женщин и взяли их себе! Мы убиваем вас так, чтобы вы больше не возродились! Разве я не предлагал вам сдаться?!
— Да! Да! Да! — начала скандировать толпа тварей.
Я огляделся, пытаясь понять, как бы мне пробраться дальше. И тут мой взгляд наткнулся на обрушившийся участок стены. Стена была широкая, высокая — и твари не смогли бы меня увидеть, если не буду вставать в полный рост. Приняв решение, я подбежал к стене и быстро полез наверх, пока все враги, кроме главного, были заняты скандированием.
— Разве не уговаривал я вас открыть ворота?! Разве не обещал сохранить жизни и вам, и пленным, что стоят передо мной на коленях?!
— Да! Да! Да! — снова принялись скандировать твари.
Я взобрался на стену и ужом пополз по неровной поверхности. Выходило медленно и сложно, потому что приходилось тащить с собой ещё и посохи.
— Мы — аранг! Дети изначальных! Мы забыли о своём величии! Вы забыли о нашем величии! Мы вам напомним! Мы быстро напомним, кто настоящий хозяин этого мира! Каждый из нас сильнее и могущественнее нежного! Вы побеждали, потому что прятались за хитро выдуманными устройствами, но мы познали эти секреты! Мы создали оружие, способное сокрушить вас! Вы все — пыль, что лишь ненадолго нанесло на прекрасную Терру! Мы — ветер, что сдует вас с её лица!..
Голос говорил на удивление размеренно, чеканя каждую фразу, каждое слово. Невидимый пока для меня оратор вещал так, будто у него в слушателях были одни заторможенные с детства. А ещё он в красках, долго и со вкусом живописал, что великие аранг будут делать с «вонючими нежными». За это время я успел подползти почти к той самой точке возрождения. И, наконец, увидел, кто там был такой разговорчивый.
Эта тварь была очень высокой — точнее, была бы, если бы не огромный горб на спине, согнувший её к земле. Одетая в стальные доспехи, с монструозным посохом в руке, она возвышалась на площади, а перед ней на коленях, под присмотром тварей-охранников, стояло полсотни защитников точки возрождения. Руки у них были связаны за спиной, а головы низко опущены. А некоторых ещё и шатало, что, впрочем, неудивительно — с пленниками здесь явно не церемонились.