Господь всех пробуждает, но не все пробуждаются. Со мной это произошло много лет назад, когда случились неприятные события в моей жизни. Так начала свой рассказ о пути к вере Ирина Меладзе.
Ирина Меладзе:
Я, наверное, как типичная женщина, начала просыпаться, когда появились проблемы в семейной жизни.
Произошёл разлом, и нужно было как-то себя собирать. Я металась и не знала, с чего начать. В какой-то момент я пришла к Матроне Московской. И вот там случилась точка пробуждения. Оттуда началось моё знакомство с христианством, верой и самой собой.
Мне кажется, что приход к вере меня переформатировал. Я стала совсем другой. Природу свою, конечно, не поменяешь. Мы можем только корректировать то, что в наших силах. У меня совершенно поменялся образ мышления. Каждый свой поступок теперь я соизмеряю с Небом —насколько это правильно или неправильно.
Для чего мы приходим на землю? Мы приходим, чтобы умереть. И в моём сознании всё время сидит момент — как я буду выглядеть на сороковой день? Поэтому у меня внутри довольно-таки всё жёстко. Когда делаешь что-то не так — мыслишь, говоришь, действуешь, то внутри, конечно, звоночки звучат…
Большое впечатление на меня произвёл фильм Павла Лунгина «Остров». В моей жизни сейчас появился батюшка, который очень напоминает мне отца Анатолия. И фильм словно был предвестником того, что произойдёт в моей жизни. Я только лишний раз поняла, что ничего случайного не бывает.
Когда я посмотрела фильм, я не могла выйти из кинотеатра. Я оцепенела. Когда фильм закончился и включили свет, какое-то время в зале царила тишина. Это было настолько сильно для всех сидящих в зале, включая меня.
Наверное, это было осознание, что все мы — грешные. И грешный поступок главного героя фильма — отца Анатолия — стал началом того, что он пришёл к Богу, и стал тем, кем он стал.
Ты понимаешь, что совершенных людей нет. Есть дорога исправления. И у каждого она своя.
Помните, как в фильме «Остров» отец Анатолий говорил молоденькой девушке: «Цып-цып-цып…» Так, наверное, и меня Господь вёл, как курицу.
Однажды я поехала к месту первого захоронения Матронушки, на Даниловское кладбище. Встала в очередь. А там всегда очень много воробьев и голубей. А я очень люблю слушать пение птиц. И воробьи так хорошо пели, а голуби — ворковали, что в какой-то момент у меня вдруг возникло совершенно детское желание погладить птичку.
И через минуту мне на голову сел голубь. А затем на левое плечо сел другой. И они начали ворковать между собой. Я буквально остекленела. Я боялась пошевелиться. Из глаз — слёзы. Голуби поворковали и улетели.
Это было чудо. Ты только подумал о чём-то — и тебя услышали. Потому что внутри тебя всё время идёт диалог с Небом.
Когда случаются вот такие чудесные моменты, и ты понимаешь, что тебя слышат, то умирать не страшно.
Мой первенец прожил всего десять дней. Мне на тот момент было двадцать четыре года. В том маленьком городке, в котором я тогда жила, не было ни одной церкви. И я не умела молиться. Но когда малыш лежал в реанимации, то я придумала молитву и постоянно её повторяла. У меня тогда ещё, наверное материнские чувства не были сформированы. Но я в Небо посылала свой крик.
Бог забрал моего малыша. Мне до сих пор не даёт покоя тот момент, что он умер некрещённым. Я не могу молиться за него в церкви. Мне от этого очень горько. Я просто молюсь за него своей материнской молитвой. Эта связующая ниточка не порвана. Одна надежда на встречу.
Это такая рана, которая не заживает, хотя уже больше тридцати лет прошло, и после этого родилось трое детей. Всё равно болит. Я думаю, что когда я буду уходить, то первым, кто меня встретит, будет он.
Как к моему воцерковлению отнеслись мои дети? Младшие дочки — Арина и Соня — ходили со мной в храм автоматически. Они очень быстро включились. А вот со старшей дочерью Ингой было сложнее. Она училась в Оксфорде, у неё были свои представления о религии. Но я не давила на неё. И я долго ждала.
Я понимала, что в этом вопросе давить на детей нельзя. Если мама очень навязчиво ведёт себя в этом вопросе, то можно вызвать совершенно обратную реакцию. Даже навсегда можно ребёнка отвратить.
В какой-то момент у старшей дочери начались личные сложности. Она заболела пневмонией и приехала домой. На нервной почве у неё начали выпадать волосы. И я ей как-то сказала: «Дочь, может, пособоруемся?» И вот в этот момент, наверное, у неё случилась точка пробуждения. Ей настолько было плохо, что она сказала: «С удовольствием».
Жизнь так устроена, что рано или поздно она проверяет каждого человека на прочность. И задача родителей — показать дорогу ребёнку. Привести к Богу вообще-то никого не возможно. Но показать дорогу… Слава Богу, мои дети меня услышали. Если что-то вдруг случится — они знают, куда бежать.
Я прошу у Бога всегда только одного, чтобы Он управил мою жизнь и жизнь моих детей. Ничего конкретного не прошу. Я молюсь так: «Услышь меня, помоги. Но пусть будет по-Твоему, а не по-моему».
Я знаю, что Он всё видит и слышит. Но даёт далеко не всё, что я прошу. Это, наверное, потому что время ещё не пришло. И яблоко должно созреть. А, может быть, потому что не всё для меня полезно.
Ещё статья: Ирина Меладзе. Пережить измену и возблагодарить Бога.
Друзья, если было полезно, ставьте палец вверх. Подписывайтесь на канал. Будет над чем подумать! Все статьи канала здесь смотри в себя.
православие христианство веравбога религия евангилие господьбог промыслбожий господьбог смирение смыслжизни