– У Тони только одно слово. Я твой брат, – серьезно ответил туземец, крепко сжимая руку Томека. – Ты не выстрелишь в австралийца, как в дикого динго...
– Ах, Тони! Я не мог бы выстрелить в человека. Даже в Картера. Я целился в него, но не мог спустить курок, хотя боялся его больше, чем тигра.
– Я очень рад, что тебе не пришлось стрелять в Картера, – сказал Смуга. – Я предпочел бы отдать Картера в руки полиции. Он, наверное, понес бы заслуженное наказание, как понесут его компаньоны, которых мы передадим властям.
О'Донеллы молча слушали эту беседу. Они были рады чувству безопасности, которое охватило их. Желая как-то выразить свою благодарность, старший О'Донелл сказал:
– Я вас очень прошу, не обижайтесь на нас. Перед вами, Томми, еще долгая жизнь. Я думаю, что во время путешествия по свету вам пригодятся деньги. Примите от нас часть золота. Утром мы разделим весь золотой песок.
– Нет, нет! Возьмите ваше золото себе! Если бы я взял хоть маленькую горсть, Томсон и Картер снились бы мне по ночам! – воскликнул Томек. – Я только хочу как можно скорее оставить это ужасное ущелье.
– Томми хорошо говорит. Золотой песок приносит горе белым людям, – похвалил Тони.
– Увы, Томек, нам придется здесь переночевать, – заявил Смуга. Утром мы отправим бушренджеров в лагерь и отдадим их в руки полиции. Они заслужили наказание.
– Стало холодно здесь... и... как-то неприятно. Я, наверное, не смогу уснуть, – ответил Томек, прижимая к себе Динго.
