У пассажиров метрополитена города Москвы иногда бывает возможность занять свободный диван по середине пустого вагона, чтобы задуматься о смысле жизни под стук колёс. Однажды мне тоже выпал такой случай и я уселась как королева, расстегнула пальто и задумалась о вечном…
Тему своих размышлений сейчас, конечно не вспомню, но помню, что меня отвлёк чей то взгляд. Я всегда чувствую, когда кто-то смотрит на меня, а тут показалось что даже зовут. Я огляделась и передо мной сидела симпатичная старушка в пальто с крупной брошью и в шляпе, она с неподдельным интересом разглядывала меня. Точно также как и я, она сидела по-королевски, одна на диване, но только с противоположной стороны. И когда поезд замедлил свой ход, подъезжая к следующей станции она робко указала мне рукой на свободное место рядом с собой, безмолвно предложив мне присесть рядом.
Я из любопытства не отказалась и мне даже захотелось с ней поболтать. Самая первая моя мысль была, что она мне сейчас начнет что-то продавать , а вторая что попросит денег. Но бабуля первым делом, в стиле английских аристократов, завела разговор о погоде. А погода в тот день очень радовала. Был апрельский тёплый день и как-то особенно и по новому светило солнце. Так бывает , когда долго, о точнее всю зиму, ждёшь тепла и солнца и вот, наконец понимаешь, что дождалась. В метро солнца нет, но его долгожданный поцелуй позитивно сказывается на выражениях лиц пассажиров и от этого становиться ещё приятней.
Разговор о погоде перешел в знакомство и женщина назвало своё имя, её звали Нина. Не Нина Ивановна или Петровна. Нина без отчества. Она произнесла своё имя и голос её стал молодым и звонким, как будто ей не 86 , а 43 вчера исполнилось. Нина рассказала, что она поэт и едет на презентацию своей новой книги в Центральный Дом Архитекторов. Она достала из ридикюля одну из книг и тут же захотела убрать обратно, как будто ей стало неловко. Народу в вагоне прибавилось , но я этого не замечала. Я предложила купить книгу, но Нина смущенно сказала, что издатель оценил её слишком дорого, и она бы хотела мне её просто подарить, но она везет 8 книг, потому что именно столько заказали ей читатели и если одной не будет, то кому-то не достанется, а деньги уплачены.
Честно сказать это расстроило меня, но Нина опять оживилась и сказала что ей захотелось прочитать мне её любимые стихи прямо здесь и сейчас.
Ёе голос стал тише и мне приходилось прислушиваться, но хочу вас спросить – вы когда нибудь ехали в полном вагоне метро, а на ушко вам читала по памяти свои стихи восьмидесяти шести летняя женщина-поэт?
Звук её голоса менялся в зависимости от смысла и содержания, и превращался то в лёгкий и парящий, то становился внутренний, глубокий и печальный.
Перед стихотворением о войне, Нина осторожно спросила, как я отношусь к убитым? Я ответила что моё отношение нейтральное, особенно если речь идёт о героях поэм. И тогда Нина сняла перчатку и достала из сумки бумажный платок. Я не придала этому значения и только потом поняла, что она приготовилась смахнуть слезу в конце стихотворения.
Платок понадобился и мне, я тоже теряла слёзы на глазах ничего не подозревающих пассажиров вагона. Интересно, какие мысли были у них когда они видели двух разговаривающих женщин, с набухшими глазами от слёз. Наверно никаких мыслей или может быть они думали что мы обсуждаем какую то печальную новость. Но это была не новость… У меня мурашки бегали по коже, когда я представляла всю картину, описанную Ниной в своём стихотворении, которое называлось Солдат.
Если стихотворение перевести в прозу то получится примерно такое повествование –
«Нина в 8 лет, будучи беззаботным ребенком, стала невольным свидетелем войны. Она слышала, что убивают солдат, видела что где то далеко летают самолеты, видела как плакала соседка над треугольным письмом, но ей казалось что это где то там далеко, а рядом мама, уютный бабушкин дом и сельская школа, в которую она пошла учиться. И вот однажды снежной холодной зимой, она возвращаясь из школы и наткнулась на раненого летчика. Она не испугалась, а захотела ему помочь, поняла, что он умирает, бросила портфель и со всех ног побежала за помощью . Но когда встретила проезжающего мимо на санях мужика, то рассказала про солдата, а мужик сказал, что это фашист и отказался ему помогать.
Тогда маленькой девочке было это не понятно и обидно. Какой фашист? Да это человек, может чей то сын или брат, причем тут война, когда в его теле ещё теплится жизнь – ей казалось, что если лётчик, упав с неба и выбравшись из разбитого самолёта живой, то это точно означает , что он герой, что он кому-то нужен и кто-то его очень сильно ждёт. А фашист это не он, не тот молодой военный лётчик, а бессердечный человек проезжающий мимо, отказывающий в помощи другому, раненному человеку »
Металлический голос объявил что станция Баррикадная. Приятным сюрпризом для меня стало, то что мы с Ниной вместе выходим из вагона метро и я помогла ей нести весьма увесистую сумку с книгами. В вестибюле метро, пришло время расходится мы остановились, чтобы попрощаться навсегда.
На прощанье я спросила Нину , как она стала писателем таких душевных стихотворений. И Нина, снова помолодев, звонким голосом рассказала, что однажды она встретила стаю пролетающих журавлей, они курлыкали свою песню и прощаясь разбудили в ней этот дар. Это было тридцать лет назад, когда казалось что всё закончилось, но эта встреча положила начало её творческого пути. Она взяла меня за руку и пристально посмотрела мне в глаза. Я не знаю встретимся ли мы снова, но я поняла, что в этот миг и час я встретила родственную душу, в прекрасном московском метро, в прекрасный солнечный день.
P.S. Когда Нина, обежав всех соседей, вернулась с подмогой, она нашла только свой портфель.