Ранее: Про гараж, трехкомнатную квартиру и про то, что с ними связано.
Я еще не писала, как наш Антон попал в колледж Олимпийского резерва, а случилось это так. Он уже должен был идти в седьмой класс, я в это время уже жила в Ташкенте у Володи, там же со мной жили Полина и Антоша. Онега за матерью смотрела, Лана Сашенькой была занята и работой.
Антон в шестом классе нас сильно подвел. Он учился в тринадцатой школе, где были русские и казахские классы, а в этот год решили закрыть все русские классы в этой школе и перевести их в четырнадцатую школу. Нам, даже лучше, школа эта совсем рядом с нами. Когда мы приехали, то нас в неё не приняли, сказали, что мест нет и направили в тринадцатую, а это через несколько улиц от нас. Но пешком минут за пятнадцать, дойти можно. В тот же год и Антоше пришлось идти в лицей, её документы школа туда передала.
А вот Антон должен был ходить в эту школу в шестой класс, но тут открылись игровые автоматы рядом со школой и наш Антон, вместо того, чтобы ходить в школу ежедневно с утра, как и положено, собирал портфель и отправлялся якобы на уроки, а сам нырял в эти игровые комнаты. Возвращался вовремя и мы были уверены, что у него всё идёт так, как надо. Привыкли доверять.
У меня тогда свистопляски были с Таней, Таниным и Полину от них спасать пришлось, к Володе переехала, кроме этого работать надо было и другие проблемы. До сих пор всё то время вспоминаю в хаотичном порядке. Что-то помню, что-то нет, не из железа же у меня нервы, тогда и скорые ко мне часто приезжали, но в больницу я так ни разу и не отправилась, не могла оставить детей и внуков. А к новому году обнаружили, что Антон всё это время не учился, а играл в компьютерные игры, тогда и на банках его поймали видимо.
Поругали мы его и на контроль поставили, договорились с учителями, что летом наверстает то, что пропустил, они нам просто навстречу пошли. Надо сказать, что Антон не стал пропускать уроки, но после уроков спешил на игры, а Онега или Полина вылавливали его оттуда и гнали до дома хворостиной. Бежал без оглядки только, чтобы не попало ему. Каждый раз уходил всё дальше и дальше от дома, но его и там находили.
Летом тоже учился и уроки не пропускал, а тут он где-то услышал, что идёт набор в спортивный колледж, сказал Онеге, что он туда хочет. Онега пошла с ним в этот колледж, а там сказали, что ему снова придётся идти в шестой класс, потому вся группа набирается только из шестиклассников, он сразу согласился, тем более, что шестой класс у него был с пробелами.
Были ещё условия, что первый год ему велосипед выдается по месту учебы, но желательно иметь свой, форму тоже надо приобрести, жить ему придется на территории колледжа, в общежитии, будут частые выезды в горы в спортивные лагеря для тренировок, а ещё полный запрет на спиртное и курево, за нарушение – отчислят.
Онега позвонила мне в Ташкент и спросила, как, стоит ли его туда отпускать или нет, я предложила даже не думать, а отпускать его. Всё-таки спорт его дисциплинирует. В Ургенче он посещал спортивную секцию по карате, ходил туда с детского сада и с удовольствием.
Там преподавала уроки сестра его воспитательницы из детского сада, она приходила за ним и другими мальчиками в садик, забирала их на занятия в секцию, а уже оттуда его забирала Онега.
Больше всего из этого периода нам запомнился его ответ на наш вопрос, что они в тот день проходили, а он сказал, что бросок через ведро. Несколько раз переспросили, что может все-таки через бедро, но он стоял на своём. Так и остался у нас этот прием, как бросок через ведро.
Когда приехали в Чирчик, то сразу повели его в такую же секцию, хотели, чтобы он продолжил заниматься, но еще и месяца не проучился, как тренер так вдарил ему кулаком в живот, что он отлетел к стене через весь зал и несколько дней ходил согнувшись. Онега поругалась с тренером и забрала Антона.
Тогда Антон пошел на плавание, бассейн был с подогревом и на улице. Ходил с удовольствием, и тренер была им очень довольна, смеялась и говорила, что Антон придумывает новые приемы плавания, так один его прием они называли ракетой. В чем он заключался я не знаю, но она его поощряла.
Всё прекратилось с её отъездом в Россию, бассейн даже подогревать не стали и воду реже меняли, за посещение бассейна стали брать почасовую плату. Так он и отбился от спорта. А тут такие перспективы - школа Олимпийского резерва, звучит многозначительно.
Мы ждали начало учебного года, в это время кроме летних занятий в школе Антон был предоставлен сам себе. То купаться на реку или каналы ходил с другом, то по школьному двору мяч гоняли, вечерами на час два зависали в компьютерных клубах, но в один день он провинился чем-то перед Онегой. Она ему запретила два дня из дома вообще выходить – ни-ку-да!
Читать он не любит, телевизора в доме нет, спать лег. Я в тот день дома, Онега куда-то ушла, вроде в магазин. Кто-то в дверь стучит, открываю её, а соседка с соседнего дома с криком на меня, мол отдайте брюки моей дочери, она их только недавно повесила на веревку, а наш Антон их снял, и давай носиться у меня по комнате, в шкаф лезет.
Прошу её остановиться и не самовольничать у меня в квартире, но куда там, темперамента у неё на десять человек хватит. Говорю ей, что сейчас милицию вызову, а она кричит, что тогда Вашего Антона посадят. Отвечаю, что хорошо, там разберутся. При этом Антон еще спит, а когда просыпается, то сидит и не понимает почему на него орут.
Я ей объясняю, что Антон уже вторые сутки из дома не выходит, наказан, но куда там. С милицией она тоже не хочет связываться, ушла все-таки. Спустя время её старший сын находит эти брюки в третьем Микрорайоне, очень далеко от нас. Сняли их сестра с братом, который также белобрыс, как и наш Антон, а подслеповатая соседка подумала, что это Антон.
Пришлось соседке извиняться не только перед Антоном, но и перед нами. Впоследствии она всегда только хвалила Антона и честный он, и вежливый, и всегда поможет сумки донести и что ни попроси, никогда не откажет. Короче, он у нас для неё идеальный мальчик.
Когда начались занятия в колледже, Антон перебрался с немногочисленными своими вещами в общежитие. На выходные он приходил домой и рассказывал, что там и как. Говорил, что вечером воспитатель с тренером делают обход комнат с целью выявления сигарет и насвая, уничтожают тут же на глазах у всех, а в столовой сам директор ходит между столами и следит, чтобы дети съели всё, что им приготовили. Особенно следит, чтобы в тарелках у детей были большие куски мяса и жира и попробуй не съешь, не отойдёт от тебя. Также воспитатель следит за уроками, но, в основном, всё они успевают в классе делать.
У Антона новый друг появился, спокойный мальчик. Всегда вместе, в их группе и девочка одна есть, но она дома живет, а утром приходит. В первый год они только однажды ездили на тренировки в горы, но столько впечатлений было, Антон взахлеб рассказывал.
Первый год был завершен, летом группа снова была в горах, приехали загорелые, весёлые и довольные, а в начале второго года обучения у Антона увели велосипед прямо с территории колледжа, когда они все пошли обедать. Делать нечего, надо было покупать новый, и мы с ним поехали на ипподром.
Хорошо, что колледж не предоставил нам счет за угнанный велосипед, все-таки с его территории велосипед угнали, Антон велосипед оставлял в общей стойке, когда на обед уходил вместе с группой.
На верхнем фото вход на территорию колледжа, ныне институт Олимпийского резерва.
Далее: Как Антон комплимент девочке сделал и что за этим последовало.
Из моих: Как я в Горисполком работать пришла.
Один пасхальный день.
О соседях на одной площадке со мной.
О чём меня соседка попросила.
О том, как мы отказались быть распространителями Гербалайф.
К сведению: Это одно из моих воспоминаний на моем канале "Азиатка" , начиная со статьи "История знакомства моих родителей". За ними следуют продолжения о моей жизни и жизни моей семьи. Не обещаю, что понравится, но писала о том, что было на самом деле.