Радикальные лидеры в Теннесси, естественно, ожидали, что возвращение представителей на их места в Конгрессе сразу же последует за восстановлением правительства штата.
Поэтому на заседании первой сессии Тридцать девятого Конгресса присутствовала полная делегация из Теннесси, готовая ответить на их имена. Когда г-н Эдвард Макферсон, секретарь Палаты представителей, опустил название Теннесси вместе с другими Южными штатами из предварительной переклички, г-н Гораций Мейнард устроил драматическую сцену, размахивая своим удостоверением об избрании и требуя признания.
В ходе дискуссии, последовавшей за перекличкой, дело г-на Мейнарда отстаивал г-н Брукс, лидер демократического меньшинства. “Если мистер Мейнард, - сказал он, - не лояльный человек и не из штата в этом Союзе, то какой же человек тогда лоялен? В самый мрачный и самый сомнительный период войны, когда я был изгнанником из своего собственного государства, я слышал его красноречивый голос на берегах реки Св. Лоуренс призывает жителей моего штата выполнять свои обязанности перед своей страной”. Решение мистера Макферсона было поддержано голосованием Палаты представителей.
Этот отказ усадить представителей Теннесси возник отчасти из-за неспособности провести различие между лояльным правительством в Теннесси и так называемыми правительствами Джонсона, но главным образом потому, что лидеры республиканцев хотели отложить действия до тех пор, пока не будет разработана политика полной реконструкции.
Однако представители продолжали настаивать на требованиях государства о признании перед “Объединенным комитетом пятнадцати”, которому были переданы все меры, влияющие на статус Южных штатов.