Выступая в оппозиции к этому меньшинству, разрешение, Мистер Стивенс сказал:
“Я думаю, я могу сказать, не нарушая приличий, что до вчерашнего дня было расследование состояние Теннесси, чтобы увидеть, является ли Актом Конгресса мы могли бы признать, что государство в состоянии представительство здесь, и признать ее членов сидений, но со вчерашнего дня возникла состояние вещи, которые комитет сочтет ставит его вне их силах, чтобы идти дальше, не сдав при этом великий принцип, без потери всех своих достоинства, не отказываясь от прав этого органа в пользу узурпации другой власти”.
“Одновременная резолюция”, представленная г-ном Стивенсом, была принята без поправок, поэтому повторная передача Теннесси снова была отложена на неопределенный срок.
Однако два месяца спустя его повторное принятие было предвещено в речи г-на Бингхэма о Четырнадцатой поправке.
“Я верю,—сказал он,—что эта поправка пройдет в этом Доме, что скоро наступит день, когда Теннесси-лояльный Теннесси-лояльный в самом сердце восстания, ее горы и равнины, разрушенные самыми разрушителями войны и запятнанные кровью ее верных детей, павших в великой борьбе за сохранение Союза, уже приведя свою конституцию и законы в соответствие со всеми положениями этой поправки, сразу же, после ее представления Конгрессом, безвозвратно ратифицирует ее и будет, без дальнейших задержек, представлен в Конгрессе ее верными представителями и сенаторами.
Пусть этот великий пример подаст Теннесси, и это будет стоить ста тысяч голосов лояльных людей на свободном Севере".