К нам все-таки применили санкции - приставили американца, который следил за работой постоянно. Это не самое худшее из возможных взысканий, можно сказать, что за все ужасные косяки нас просто пожурили. Хотя в "ихней" Америке, может, так и принято? Не знаю… Проверяющего мы прозвали Винни-Пухом.
Винни был настоящим трудоголиком, каковых в нашей русскоязычной бригаде почти и не наблюдалось. По своей должности он был обязан везде совать свой нос, и мы, конечно, за это его невзлюбили. "Надзиратель" любил отмечать маркером наши недоделки и громко что-то высказывать тому, кто попадался ему под руку.
Если же его не понимали или делали вид, что не понимают, то он просто брал и делал все сам. А еще он приучил нас к порядку - убираться каждый день. До него мы вывозили мусор только тогда, когда нам настоятельно советовало начальство, ну, или когда ходить по нему было уже невозможно. С Винни выходило все иначе. Уже с трех часов пополудни он принимался за уборку, тогда к нему присоединялся и я.
То, как ответственно американец относился к работе, прекрасно иллюстрирует один случай. Однажды, он подошел к нам и сказал:
- Я завтра приеду только к десяти часам утра. Геморрой вылез, операция по перевязке в восемь часов будет. Сделаю, и приеду.
Вот такой он, американский трудоголизм.
А еще, бывало, на выходные раздарит всем по малюсенькой бутылочки водки. Мы же русские, а русские, как вы понимаете, без водки не туда, и ни сюда.
В общем, мы не любили Винни из-за специфики его работы, но уважали, потому что мужик он был отличный.