Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Отвращение и черствость: суровые реалии жизни глазами сотрудника соц службы

Меня зовут Ольга. Мне 47 лет, и я, как никто другой знаю, как выглядит бедность в нашей стране. Ведь я работаю в соцслужбе. Каждый день через меня проходят десятки людей, чьи доходы не просто меньше прожиточного уровня, они в буквальном смысле живут за гранью бедности. Эти люди не могут позволить себе элементарных вещей, и, кажется, уже давно смирились с такой ситуацией, продолжая прозябать на самом дне. Они не могут позволить себе достойный уровень жизни, питаясь дешевыми продуктами, и донашивая обноски. Все их объединяет одно расплывчатое понятие «малоимущие». Стадия первая - жалость За 16 лет работы в соцзащите у меня несколько раз менялось отношение к таким людям. Ведь среди них есть не только маргиналы, ведущие асоциальный образ жизни, но и нормальные люди, оказавшиеся за чертой бедности в силу различных жизненных обстоятельств. Поначалу я испытывала подлинную жалость к пенсионерам, выживающим на крошечные пенсии. Некоторые из них производили довольно приятное впечатление, но то,

Меня зовут Ольга. Мне 47 лет, и я, как никто другой знаю, как выглядит бедность в нашей стране. Ведь я работаю в соцслужбе. Каждый день через меня проходят десятки людей, чьи доходы не просто меньше прожиточного уровня, они в буквальном смысле живут за гранью бедности. Эти люди не могут позволить себе элементарных вещей, и, кажется, уже давно смирились с такой ситуацией, продолжая прозябать на самом дне. Они не могут позволить себе достойный уровень жизни, питаясь дешевыми продуктами, и донашивая обноски. Все их объединяет одно расплывчатое понятие «малоимущие».

Стадия первая - жалость

За 16 лет работы в соцзащите у меня несколько раз менялось отношение к таким людям. Ведь среди них есть не только маргиналы, ведущие асоциальный образ жизни, но и нормальные люди, оказавшиеся за чертой бедности в силу различных жизненных обстоятельств. Поначалу я испытывала подлинную жалость к пенсионерам, выживающим на крошечные пенсии. Некоторые из них производили довольно приятное впечатление, но то, что они рассказывали, повергало меня в ужас. Пожилые женщины со слезами на глазах рассказывали о сыновьях-пьяницах, отнимающих у них последние деньги. Некоторые приходили просить о помощи со следами побоев. Это было страшно.

Стадия вторая – отвращение

-2

Однако пенсионеры – это лишь незначительная часть «малоимущих». Большую часть пособий и выплат получают люди, которые меньше всего заслуживают поддержки, понимания и сострадания. Ежедневно наблюдая пропойц, требующих от государства денег, у меня выработалось стойкое отвращение к таким людям. Хотелось прийти домой, и поскорее принять душ. Среди них мало некогда достойных, но по разным причинам опустившихся людей. За шесть лет работы в органах соцзащиты я редко встречала людей, которые потеряли свои накопления, финансы, инвестиции в период кризиса, и стали жить в нищете.

Большая часть «малоимущих» - это беспробудные пьяницы, которые искренне считают, что им все вокруг должны. Различные выплаты и пособия, которые, к слову, выплачиваются с наших налогов, только подтверждают, что работать вовсе не обязательно.

Страшнее всего то, что в подобных семьях живут дети, которые видят бесконечные попойки. Со временем они перенимают образ жизни своих горе-родителей, формируя современное поколение маргиналов. Я искренне радуюсь, когда таких детей забирают на попечение бабушки, дедушки и другие родственники. Ведь в этот момент они обретают не только семью, но и шанс на нормальное будущее.

Связь между стремительным ростом числа «малоимущих» и состоянием экономики очевидна. Однако мне кажется, что ни уровень безработицы, ни социальное положение не является оправданием для подобного образа жизни. Мне не жаль людей, оказавшихся на дне, и так и не нашедших своего места в жизни. Может я очерствела за эти 6 лет?