Современных еврейских писателей, пусть не все из них жили или живут в Израиле, объединяет чувство невыстраданной боли за свой народ и удивительная самость, которая сочится со страниц книг. Мое знакомство с еврейской литературой началось с Меира Шалева и его «Фонтанеллы».
Впрочем, он до сих пор остается для меня одним из самых любимых еврейских писателей. Подвинуть его с пьедестала может разве что Иосиф Бродский, но его творчество я рассматриваю все же несколько иначе, без привязки к еврейском прошлому, с акцентом на советско-американскость его пути.
Но не будем сегодня о Бродском. А посмотрим на тех, кто вложил в книги все свое еврейство, показал, каково это быть евреем — как тогда, в середине XX века, усеянного желтыми звездами и укрытого дымом концлагерей, так и сейчас, в новом мире и новой стране.
Меир Шалев
В доме своем в пустыне
Кому: тем, кто рос под чрезмерным родительским контролем
Эта книга — о Большой Женщине и о том, как мужчина мог бы расти лучше. Мужчины в этой семье умирали рано и при нелепейших обстоятельствах. Поэтому главный герой растет и взрослеет под неусыпным взором пяти женщин — бабушки, матери, Черной и Рыжей тети, а еще сестры — малолетней паршивки, которая могла бы стать поддержкой и опорой, но примкнула к клану глаз, рук и грудей.
Феликс Кандель
Может, оно и так
Кому: квартирным путешественникам
Если родители улетают на Мальту, старику с внучкой не остается ничего, кроме как отправиться в путешествие по собственной квартире. Но куда оно их приведет? В другие города и страны или всего-то в соседнюю комнату? Феликс Кандель снова плетет свою сказочную паутину. И в ней непонятно, старик Финкель — веселый или опечаленный, однолюб или многоженец, турист, не выбирающийся из квартиры, или домосед, избороздивший все моря-океаны...
Я уже рассказывала о романе Феликса Канделя "Не прошло и жизни", в нем — лица московских бульваров и память.
Юрек Бекер
Дети Бронштейна
Кому: борцам за справедливость
В свои 18 лет Гансу приходится решить для себя, что такое справедливость, есть ли место раскаянию, когда речь идет о преступниках, где заканчивается правосудие и начинается месть. Еще сложнее определиться с тем, что плохо, а что хорошо, если узнал тайну близкого человека. Вот и Гансу придется о многом задуматься, после того как он обнаружит на даче закованного в наручники бывшего надзирателя концлагеря, которого похитил с друзьями его отец.
Йоав Блум
Руководство к действию на ближайшие дни
Кому: отважным переживателям
Молодой и неуверенный Бен надеется, что его жизнь изменится. И он получает этот шанс, когда берет в руки «Руководство к действию на ближайшие дни». Некоторые главы обращаются непосредственно к читателю, а им, помимо каждого из нас, стал Бен. Строка за строкой, и вот он вовлечен в невероятную историю, связанную с баром «Неустойка» и огромной библиотекой переживаний. Здесь и погони, и хитрые загадки, и убийства, и путешествия, хоть и не вполне реальные.
О другом романе Йоава Блума — "Творцы совпадений" — можно почитать в осенней книгоподборке.
Имре Кертес
Без судьбы
Кому: тем, кто хочет узнать о Холокосте от очевидца
В основу всех произведений Имре Кертеса, который в 2002 году стал лауреатом Нобелевской премии по литературе, легла его жизнь и в первую очередь пребывание в фашистских концлагерях — Освенциме и Бухенвальде.
Творческим дебютом венгерского писателя стал роман «Без судьбы». Это история о молодом человеке, попавшем в концентрационный лагерь. Его желание выжить перемешивается с угрызениями совести, невозможностью противостоять смертельной машине, духовными взлетами и падениями.
С другими романами лауреатов Нобелевской премии по литературе можно познакомиться в тематической подборке.
Самый книжный клуб только начинает вставать на ноги. Я буду очень благодарна за ваши оценки, комментарии и подписки! Спасибо всем за обратную связь.
#книги #обзор книг #подборка книг #еврейские писатели #еврейский вопрос #литература #книжный блог #книжная полка