– Тох, отстань от человека! Не видишь, он смущается? – спас бывшего милиционера от растерзания сердобольный Люк

– Тох, отстань от человека! Не видишь, он смущается? – спас бывшего милиционера от растерзания сердобольный Люк. «А сам, вон, смех еле сдерживает!» – подумал я, но от Зельца отстал. Присев на корточки, я тоже достал бинокль и стал изучать окрестности. – Сань, третий дом справа в ближней линии – во дворе грузовик. – Ага. А во втором, в этой же линии, белья многовато на заборе сохнет. Надо полагать, большая постирушка у солдат рейха. – Посты на въездах есть? – Неа. По крайней мере, на ближнем я ничего не вижу, – откликнулся Люк И спросил меня: – Рискнем? Я бросил взгляд на карту: – Не будем, Шепели объехать можно. И вообще – по шоссе стремновато ехать. – Согласен. Проскакав с километр по полю, мы подъехали к деревне, обозначенной на карте как «Лысовичи». На первый взгляд немцев в деревне не было. Надо сказать, что я был в немецком мотоплаще, надетом прямо поверх камуфляжа и разгрузки, а вот мои спутники щеголяли в немецких мундирах. И у всех троих на шеях висели нагрудные знаки фельджандармерии. Пока мотоцикл медленно катил по главной и, честно говоря, единственной улице деревни, я с интересом посматривал вокруг. Мы уже почти проехали всю деревню, когда нас окликнули. – Пан официр! Пан официр! – крикнул нам немолодой мужчина, выглянувший изза забора. Я снова похлопал Саню по плечу, давая команду остановиться. Видя, что мы услышали его, мужик вышел из калитки, неся в руках крынку. – Дзякую, пан официр, за вызваленне ад камунистав! – улыбаясь, крикнул он нам, протягивая крынку. – Молочком не хочаце? Краем глаза я заметил, как перекосилось лицо Дымова, и успел успокаивающе положить правую руку на его плечо. А Люк слез с мотоцикла и, улыбаясь так искренне, что хоть сейчас во МХАТ на сцену, поздоровался: – What a fu***ing bastard! I want to kill you! [45] Пейзанин повторил свое предложение: – Молочком не хочаце? – О, млеко? Йа, йа. Зер гут! – ответил Люк, забирая из рук у крестьянина крынку и отпивая. – О, дас ист фантастиш! Try it Tony! [46] Пришлось мне тоже пригубить. Молоко было восхитительно на вкус, но, передавая крынку Дымову, я ощущал во рту непонятную горечь. А еще я очень боялся, что у Дымова не выдержат нервы и он учудит чтонибудь этакое. И чтото смущало меня в окружающей обстановке. Но вот что именно, я понять не мог. Тут на противоположном конце деревни показалась телега, на которой восседало четверо вооруженных мужчин, одетых, что называется, с бору по сосенке. – Luke, we've got a problem! [47]– привлек я внимание Саши, стоявшего к новым действующим лицам спиной и потому не видевшего их. Отойдя чуть в сторону, я скинул с плеча и взял на изготовку автомат. Винтовка Люка стремительно перекочевала изза спины в его руки. Зельц, правда, слегка замешкался, не зная, то ли доставать «наган», то ли вытягивать из коляски мотоцикла винтовку. – Holen Sie sich das Pistole! [48]– пришел я на помощь «молодому». Всю фразу он, конечно, не понял, но слово «пистоле» стало подсказкой. Люк же, покосившись на меня и убедившись, что я его страхую, сделал шаг навстречу подъезжавшим и повелительно вскинул руку: – Halt! Zeigen Sie mir Ihre Papiere! [49] «Хм, похоже, он взял у Тотена пару уроков!» – подумал я, не отрывая взгляда от приближающейся подводы. У мужчины, правившего лошадью, изза плеча торчали стволы охотничьего ружья, а сидевший рядом с ним держал в руках обрез «мосинки». Остальные были вооружены охотничьими двустволками.