Единственно, что удерживало Андрея от окончательного разрыва с ним, это совместные занятия в аэроклубе

Единственно, что удерживало Андрея от окончательного разрыва с ним, это совместные занятия в аэроклубе, в который они попали ближе к окончанию школы. Вместе первый раз прыгали с парашютом, испытывая сладостный страх перед падением. Вместе пришли в секцию воздушной акробатики. Одновременно в первый раз поднимали в воздух самолeт, испытывая восторг полeта. Но друзьями так и не стали.

После окончания школы бывших одноклассников разметал по стране долг службы в армии. Только Борис умудрился найти какую-то отсрочку от этого, впрочем, никого это не удивляло. Больше бы удивило, если бы он отправился вместе с ними "топтать сапоги". В редких письмах, которые он иногда писал своим одноклассникам, Борька никогда не забывал упомянуть, что "истинные люди" имеют другое предназначение. Андрей выкидывал их после прочтения и никогда не отвечал.

Так продолжалось до тех пор, пока семья Бориса не получила возможность съездить на историческую родину. Наступившая перестройка позволила реализовать мечту посетить дальних, и не очень, родственников. Как они попали в Израиль, не знал и сам Борька, но всегда был уверен, что там, где живет его народ - истинный рай земной.

Андрей никогда не мог забыть своего удивления, когда к нему в гости пришел Борька. Да не просто так, а с бутылкой водки, чего от правоверного еврея трудно было ожидать. Шeл 1990 год, взбудораженная надеждами страна ждала чего-то необыкновенного. Андрей, только что пришeл из армии, готовился к поступлению в институт и старательно зубрил упущенную теорию. Приход Борьки изумил его сам по себе, а извлеченная из рукава куртки бутылка водки добила окончательно.

- Боря, ты чего, - только и смог сказать он, - тебе же нельзя?

- Да пошли они на хер, - буркнул Борька, - у тебя чего-нибудь зажевать есть? А то у меня денег на закуску не хватило.

- Только ветчина и копченое сало в холодильнике, - ответил Андрей, - нет ничего, что тебе можно. Правда хлеб ещe есть.