Цикл рассказов "На барже" записан со слов реального человека и на основе реальных событий, действия происходят во время военного конфликта между Грузией и Абхазией. имена героев изменены.
Олег проснулся рано утром. Сильно качало. У самого иллюминатора плескалась вода, и блики от неё бегали по переборкам. Голова раскалывалась. Казалось, что сейчас треснут кости и вылезут, как у краба, глаза. Сейчас домой – и рассольчика, славно мы вчера погуляли», - подумал он, выпрыгивая из «ящика». Во время полёта судно резко прыгнуло вверх, и он рухнул на палубу всем весом своего нехуденького тела.
- Какой баран утром спат нэ даст! – послышалось с соседней полки. Оттуда с трудом вылез человек, по виду кавказец. Одним движением он перекинул Олега на спину, схватил из зажима в переборке графин и стал поливать его водой.
- Вода? Мы тонем? – спросил Олег, открывая глаза.
-Нэ-эт! – ответил кавказец.
-Но мы же в море! – высказал вдруг ударившую в голову догадку Олег.
- Нэээт! – протяжно заревел, вскакивая на ноги, кавказец. Вдвоём они кинулись на палубу, и их худшие опасения подтвердились.
Они в море, берега не видно, и баржа на полном ходу.
- Давно вышли? – спросил Олег у стоявшего на руле Дениса.
- Вторые сутки чапаем, утром Босфор. Приведёшь себя в порядок и перед проходом встанешь на руль. Я Босфора боюсь, да и в экипаже никто на руле не стоял, а там, говорят, течения… В общем, твоя вахта с восьми ноль-ноль.
«Это я круто попал, а этот, похоже, ещё круче, - подумал Олег, глядя на кавказца, время от времени свешивающегося за борт в затяжных спазмах, - Я-то вроде хоть на своём месте, а он, похоже, вчера с гор спустился. О каком, к чёрту, экипаже он говорит? Б…, никто на руле не стоял! А этот. – ещё шторма не было, а он уже желудок сушит! Какого чёрта я стою на этом гробу с мотором?»
Баржа была действительно, что называется, «гроб с мотором». Списанная с ВМФ баржа с абсолютно плоским днищем для выброса десанта на берег. Она не предназначалась для похода в открытом море, и без буксиров на ней из бухты выходить было опасно. Мало того, что она не обладала достаточной остойчивостью и могла перевернуться даже при невысокой волне, но на ней ещё не было абсолютно никаких средств связи. Ни заорать в эфир, ни «SOS» послать.
Но работодателю на всё было наплевать. Под видом гуманитарной помощи Абхазии, баржа делала «крюк» с выходом в Средиземное море до Ливана, куда владелец баржи свозил скупленный в распадающемся СССР цветной металл.
«Боже, как меня угораздило?» - лихорадочно вспоминал Олег, глядя на своё отражение в зеркале над умывальником.
Он недавно пришёл из Болгарии, где их спасательный буксир находился в ремонте целых 5 месяцев. Когда стоишь на ремонте в доке, вместо еды, «камбузные» деньги можно получать наличкой, поэтому уход в ремонт всегда выгоден. Можно в супермаркетах покупать уценённые продукты и вино. Вино в Болгарии есть в каждом дворе. Хоть бочками. И буквально за копейки. А ещё каждый частник делает ракию. Не знаю, как сейчас, но в советское время знаменитый «Солнечный берег» закупали именно у частников, и он частенько имел запах обычного самогона. Вот и Олег в Болгарии пристрастился к алкоголю так, что по приходу домой первым делом завёлся отмечать свой приход, угощая всех направо и налево.
Отмечал, пока кто-то из собутыльников не решил отмечать это дело без него. Тёмным вечером его избили и раздели. Пришлось расстаться с новой курткой, кроссовками, магнитофоном и всем, что было в карманах. Очнулся ночью в кустах от холода, еле дополз домой. Лежал в больнице с поломанной челюстью. Друзья не забывали, приходили отмечать его приход дальше, давая сосать алкоголь через трубочку.
На следующий день после выписки встретил соседа.
- У тебя отпуск?
- Больничный.
- До какого числа?
- До 22-го.
- Паспорт моряка на руках?
-Да.
- Успеем. Пойдёшь в Бейрут? Есть возможность заработать.
Деньги закончились, а попасть сразу после ремонта в рейс по месту работы было практически невозможно, особенно после двух дней прогулов и залёта по пьянке в больницу. Он согласился, не думая, так как появилась перспектива кое-кого «подмазать», чтобы забыли про прогулы и предложили выгодный рейс или ремонт.
Но, когда сосед привёл его на баржу, стоявшую недалеко от дома, Олег решил, что над ним пошутили и ходил туда просто ради общения с людьми, чтобы не встречаться с алкашами, постоянно шныряющими по посёлку в поисках с кем выпить. Познакомился с командой, помогал в ремонте баржи, но что она может выйти в море, - глубоко сомневался.
А там не шутили, забрали паспорт моряка, и вот через три дня, плюс вот уже третий день – они в море.
«Неужели даже похмелиться не дадут? - думал он, яростно снимая щетину чьим-то попавшимся под руку станком, - ни похмелья, ни рассола. И чем я так нажрался, что после двух суток сна не отошёл?»
Ровно в восемь Олег сменил рулевого. Впереди, в тумане, виднелись берега пролива. Над головой пролетел НАТОвский вертолёт. Через несколько минут из тумана возник НАТОвский разведывательный катерок и, лихо развернувшись сбоку, специально создал волну, от которой баржа бы перевернулась, если бы Олег вовремя не переложил руль. С катера послышались крики и бешеный свист. Ещё два раза обойдя баржу и опять чуть не опрокинув её, катер исчез.
Показался лоцманский катер, и Олег понял, почему исчезли натовцы. На борт поднялся лоцман, после традиционного приветствия, перекинулся несколькими фразами на английском языке с капитаном и подошёл к Олегу. Хмуро, как бы с осуждением посмотрев на него, он ещё что-то сказал капитану, после чего сосед – штурман убежал и вернулся с полстаканом водки и куском хлеба.
Жить стало легче. Олег с благодарностью посмотрел на турка, теперь его глаза казались ему удивительно добрыми. Напряжение на мостике сразу спало, и Олег, следуя указаниям лоцмана, благополучно провёл баржу через Босфор. Никакие течения, о которых он наслушался, ещё обучаясь в кронштадтской мореходной школе, среди моряков называемой «шмонькой», баржу не унесли. Может потому, что лоцман знал все хитрости прохождения Босфора для судов разного водоизмещения, а выпускники «шмоньки» обучались для вспомогательного флота ВМФ, суда которого ходили под военным флагом и пролив имели право проходить без лоцмана.
Внутри Олега всё пело: он теперь настоящий матрос 1 класса и не боится стоять на руле даже в проливе Дрейка! Но… настоящее испытание было впереди. После следующего пролива, Дарданеллы, судно вышло в Эгейское море. Не имея средств связи, они не знали о надвигающемся шторме и на попутной волне летели прямо в пекло…
Продолжение следует.
#путешествия #море #турция #ремонт #деньги #