Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Иван - крестьянский сын - 2 (2)

Глечик свернул газету в трубочку и постучал ею по ноге. Нельзя же так задерживаться! Может, он заблудился? Все-таки в первый раз, в незнакомом месте… Это ерунда, что нет никакой ответственности. Он, Глечик, действительно не давал никому обещаний или гарантий, но ответственность есть, конечно, прежде всего перед самим собой. Глечик уже привстал с места, чтобы оглядеться, и тут увидел своего долгожданного гостя – высокого и стройного молодого человека в камуфляжной форме и с голубым беретом на голове. Он тоже сразу заметил Глечика, махнул ему рукой в знак приветствия и поспешил навстречу. А Глечик между тем не мог оправиться от удивления, так изменился этот мальчик с того момента, как они виделись в последний раз. - Ну здравствуй, Майоров, - сказал Глечик. – Не ожидал, честное слово, такой ты… Ваня смущенно улыбнулся: - Повзрослел? - Более чем. Присаживайся, пожалуйста. - Угу. Ваня сел за тот же столик и снял берет. - Устал? – спросил Глечик. - Нет, не очень. Я привык. Он действительно и

Глечик свернул газету в трубочку и постучал ею по ноге.

Нельзя же так задерживаться!

Может, он заблудился? Все-таки в первый раз, в незнакомом месте…

Это ерунда, что нет никакой ответственности. Он, Глечик, действительно не давал никому обещаний или гарантий, но ответственность есть, конечно, прежде всего перед самим собой.

Глечик уже привстал с места, чтобы оглядеться, и тут увидел своего долгожданного гостя – высокого и стройного молодого человека в камуфляжной форме и с голубым беретом на голове.

Он тоже сразу заметил Глечика, махнул ему рукой в знак приветствия и поспешил навстречу.

А Глечик между тем не мог оправиться от удивления, так изменился этот мальчик с того момента, как они виделись в последний раз.

- Ну здравствуй, Майоров, - сказал Глечик. – Не ожидал, честное слово, такой ты…

Ваня смущенно улыбнулся:

- Повзрослел?

- Более чем. Присаживайся, пожалуйста.

- Угу.

Ваня сел за тот же столик и снял берет.

- Устал? – спросил Глечик.

- Нет, не очень. Я привык.

Он действительно изменился – стал выше и сильнее, и даже глаза и волосы у него как будто потемнели. Ему был к лицу камуфляж, он носил его естественно, как никогда раньше не носил никакую одежду.

Глечик все еще был ошарашен и не мог отвести от Вани взгляд, чем вгонял его в краску.

- Я очень страшный? – поинтересовался он.

- Нет, что ты! – воскликнул Глечик. – Но ты сейчас – совсем другой человек.

- Я просто получил свободу, - ответил Ваня.

Глечик улыбнулся:

- Все дембеля получают свободу по окончании службы!

Ваня покачал головой:

- Да нет, ты не понял. Служба – это было начало моей свободы. До армии я все время находился в каком-нибудь рабстве. Сперва это был мой возраст: я не мог и не смел ничего предпринимать самостоятельно. Потом – отчим и Шут. Я работал на других и при этом не приносил никакой пользы. Питался объедками и одевался в обноски. С самого детства. До армии я просто не осмеливался жить.

- В армии тоже очень трудно, - сказал Глечик.

Ваня беспечно махнул рукой:

- Разве это трудности? Армия – как пионерский лагерь…

Глечик снова улыбнулся:

- Смотря для кого. Ты вот у нас крепкий парень – тебе она как пионерский лагерь, а кто-то еще волком воет: домой хочу…

- Слабаки, - нахмурился Ваня. – У нас таких почти не было, слава Богу.

- А ты добился успехов, - заметил Глечик. – О тебе наслышаны, герой.

Ваня запротестовал:

- Это неправда! Я же не один там был! А если уж говорить честно, то все остальные совершили гораздо больше, чем я!

- А еще, как мне сообщили, ты оказался мастером по самообороне, - сказал Глечик. – Это меня очень удивило. Как ты мог научиться этому в рабстве?

Ваня хмуро на него посмотрел и поёжился, как от холода:

- Меня научили телохранители Шута.