(Из книги "Девять кругов Рая")
Я даже не понял сначала, он в шутку об этом или всерьёз. Но Влад был серьёзен. Он сказал: вот новая ведущая программы «ТЕМА» и показал на неё. Она стояла рядом с ним, как ретроградный стиль на пути к Ренессансу и на её довольном раскрасневшемся от волнения лице светилась улыбка. В руках она держала веер и она обмахивалась примерно с такой же частотой, с какой кавказский повар обмахивает шашлык.
Мы, не сговариваясь, тяжело вздохнули. Такого скандала никто из нас не ожидал.
Мы эту бабу видели не экране. Она неплохо выступила в одной из программ, как приглашённый герой, но что бы быть ведущей, это уж слишком! Однако Влад в неё влюбился. Он сказал: она то, что надо.
Никто из нас, конечно, так не думал.
Начались подготовки новых выпусков «ТЕМЫ» с ней, как с ведущей. Полезли огрехи. Выяснилось, она картавит. У неё нет вкуса. Она брутальная, неотёсанная, а внешне жуткая!
Она носит странную одежду, какие –то вычурные платья. Её постоянно заносит, в смысле зашкаливает эмоционально. Там, где надо лишь улыбнуться, она хохочет. Это ладно, это мы могли вырезать. Но она была толстая! Это уже никак не вырежешь. За какой –нибудь месяц подготовки у нас собралось столько «нет», что их хватило было на увольнение целого коллектива работников, не то, что одной женщины.
Собрав на неё досье, мы с этим компроматом пошли к Листьеву, чтобы заявить ему свой протест. Мы требовали её увольнения. Как говорится, с фактами на руках мы доказывали ему, что Лидия Иванова на годится на должность ведущей. Как автор программа ещё куда ни шло, она потянет, всё –таки у неё писательский талант. Но как ведущая – нет!
Спокойно нас выслушав Листьев сказал: "она будет ведущей"… отправил нас обратно работать. Это означало, что он не будет менять своего решения.
Сказать, что у нас, авторов этой программы был шок после этого, значит, не сказать ничего. Мы были просто раздавлены таким его упорством. Главное каждый из нас понимал, что спорить с ним абсолютно бессмысленно. Надо было как -то приспосабливаться и работать.
Но как работать, если терпеть не можешь человека? Как спрятать свой негатив к нему? И мы не сговариваясь, открыто встали к ней в оппозицию. Так мы хотели дать ей понять, что не желаем с ней работать. Думаете её это тронуло? Ничего подобного! Она будто только и ждала этого и стала даже поощрять наше недовольство ей.
Тогда я ещё не знал почему. Но много позже я прочитал о ней, что она была спортсменской, членом команды по академической гребле. Муж её, кстати, метал ядро. Ей наша оппозиция была – тьфу! Так, мелочь. Она и не такие нагрузки видела. Она, может, каждое утро два ядра к себе в лифчик прятала, весь день их носила и ничего, не уставала!
Короче, если поначалу она как -то сдерживалась, то теперь она стала приходить на обсуждение тем в немыслимо крикливых платьях, вычурных и безвкусных, как будто специально желая посильнее задеть этим женскую часть нашего коллектива.
Во время обсуждения она могла достать из сумки и развернуть на столе селёдку(!), достать пакетик заранее прихваченного с собой из дома хлеба, и начать всё это есть, отвечая на вопросы собравшихся вокруг неё коллег с набитым ртом. Объясняла она такое поведение просто: «просто мечтала об этой селёдке весь день»!
Через пару недель она сделала то, чего не решился до неё сделать ни один ведущий на телевидении - она поссорилась почти со всем коллективом. Две женщины –автора, не выдержав, хлопнули дверью и уволились.
Я продолжал работать, но со скрипом. После программы, автором которой я был, телекритик Ирина Петровская из «Новой газеты» написала статью: «Мадам, уже падает Листьев!», намекая, что старой тётке нечего делать в молодёжной редакции ЦТ.
Но даже это Иванову нисколько не смутило. Целый год, с энергией, которой бы позавидовала Братская АЭС, она выдавала на гора передачи. И что удивительно её смотрели! Это невероятно, но у неё был рейтинг!
Никто в компании, в том числе и мы, не понимал, в чём дело. Но факты, как говорится, вещь упрямая и они говорили: она популярна, Листьев оказался прав!
Всё оборвалось в марте, когда Влада не стало. Лишившись главного своего защитника, Лидии Ивановой пришлось уволиться. Его заменил молодой ведущий Дмитрий Менделеев. А ему на смену пришёл Юлий Гусман.
Гусман был умным человеком. Он не ел на обсуждениях селёдку с чёрным хлебом. Он вообще предпочитал не прислушиваться к мнению авторов, считая их лишним звеном. Он сам всё лучше всех знал. Может поэтому первая же его передача об экстрасенсах закончилась скандалом. Он даже не заглядывал в сценарий, а просто вёл разговор с колдунами, магами и медиумами с высоты своего понимания. Он их отрицал. Вам понравится, если вас отрицают?
В течение передачи отпускал в адрес экстрасенсов такие по -кавээнски колкие шутки, что один из них, Алан Чумак, после того, как Гусман выразил сомнение, что тот может заряжать вазелин, и что это вообще не Чумак должен лечить быков, а быки должны лечить с вазелином его, не выдержав, встал и сказал:
- Я вам скажу, кого должен лечить бык. Бык должен лечить отдельных ведущих!
И , показав пальцем на Гсмана, обратился к собравшимся экстрасенсам:
- Вы разве не видите, он имеет целью выставить нас на посмешище! Он издевается! Я призываю всех, у кого осталось хоть немного гордости, встать и покинуть эту студию!
После этого часть приглашённых участников действительно встали и ушли с записи программы.
Кое -как эту передачу удалось смонтировать, но в эфир она вышла в изуродованном виде и не имела у зрителей успеха.
Гусман был последним ведущим "ТЕМЫ", после которого она закрылась.
Спустя много лет, я случайно открыл одну из книг Лидии Ивановой и стал её читать. Это была исповедь женщины, которая много раз была влюблена. Она буквально меняла любовников, как перчатки. Оказывается, она встречалась с ними на съёмных квартирах, в пионерских лагерях, в гостиницах и зимнем лесу. Она занималась любовью с одним и с двумя мужчинами сразу. Но она была совершенно счастлива от того, что её любили. Глядя теперь на её портрет, я понимаю, ей каждый раз было чему радоваться.
Лидия Иванова давно умерла. Но я почему -то не перестаю о ней думать. Я никак не пойму, чем она брала аудиторию.
Может, тем, что она представляла на телевидении целый женский пласт, довольно многочисленный, где каждая, будучи не броская внешне, имеющая лишний вес и повидавшие в жизни столько, что можно три тома написать, хотела всё же быть желанной и любимой? Эти женщины точно были её аудиторией. Отсюда и популярность.
Когда во время одного из интервью корреспондентка ехидно её спросила, не считает ли она, что ей пора исповедоваться, намекая, что та достаточно уже нагрешила, Иванова ей ответила: «Я не считаю это грехом, я же по любви, а раз так, то и греха нет. Вот уныние - это грех, а я не унываю»!