Принятое решение, Ярослав это ощущал чётко, устранило на время все видения и воспоминания. Но также ясно он понимал, что эта связь хрупка. Понимал, если что помешает поездке, он тотчас ощутит этот странный туман видений и наваждения.
На работе Влад удивлялся его бешеной трудоспособности, будто работал за троих. Но в руках его всё спорилось, производил монтаж чётко и быстро. Заказчик, приехав через два дня на объект, ошарашенно наблюдал результат их работы.
- Ну, вы ребята, даёте! – зачесал он в затылке. – Я таких как вы, ещё не видел.
- Бывает, - скромно ответил Влад, поглядывая на Ярослава.
- Не, классно! - похвально выговорил он.
Дома чувствовал настоятельную потребность в разговоре с отцом. Беседа состоялась и оставила того в изумлении.
- Пап, ты помнишь маму?
- Конечно, - ответил тот тут же и, как показалось, Ярославу слишком поспешно. Он со вниманием уставился в отца. Этим вечером они были одни и в квартире и на кухне, где решили поужинать вместе.
- А ты помнишь, сколько лет прошло с её смерти? – Ярослав был настойчив, ему необходим был ответ от отца, потому не особо следил за своими выражениями, упуская, что они могут быть жёсткими и задевающими за живое.
- Почему тебя это так взволновало вдруг? – занервничав, спросил он.
- Посмотрел на нашу нынешнюю семью со стороны.
- Не совсем тебя понял, - насторожился отец.
- Пап, ты ж не будешь отрицать, что мы живём сейчас?
- Ярослав, изъясняйся так, чтобы я тебя понял, - нахмурился резко.
- Хорошо, - согласно кивнул сын. – Вот что вижу я. С мамой вы жили душа в душу. И я это помню. Помню ваши взаимоотношения. Как ты старался для неё. Помню её мягкость и нежность к тебе и ко мне. Её смерть сильно повлияла на тебя. Кстати, на меня тоже. Затем, ты женишься. Вот тут у меня первый вопрос: зачем? – поднял прямой взгляд на отца.
Тот откинулся на спинку стула и недоумевающе смотрел на сына. Тряхнув головой, ответил:
- Нужна была семья, - монотонно прозвучал его голос.
- Для меня? – уточнил настойчиво Ярослав.
- Да. Тебе было четырнадцать.
- Я это помню. Но только это?
- Ярослав, чего ты добиваешься?
- Пап, я хочу знать для себя досконально, что происходит в моей жизни. Я чувствую, что без этого я не могу сделать следующий шаг. Болтаюсь, как… Ну, короче, понятно, - едва нахмурился он.
- У тебя же всё есть! Что тебе ещё не хватает? – начинал злиться отец, но и громадное недоумение плескалось в его глазах.
- Не в том дело, - отрицательно мотнул головой и, вскочив на ноги, заходил по кухне. – Ты обеспечил меня материальным. Нина пыталась стать мне кем-то вроде матери, но увы… Да, она очень старалась и, действительно, во многом мне помогла. Её участие неоценимо. Но видишь ли, - он развернулся к отцу. – Думаю, что между вами не возникло реального, истинного, что по-настоящему, объединяет людей. В итоге, ты ведёшь себя словно гость, да дорогой гость, которого ждут, но всё равно – гость. Нина – по ходу, не знает, как разрушить эту границу. Старается изо всех сил быть хорошей хозяйкой, хорошей мачехой, женой, матерью, но словно не дотягивает до всего, не хватает сил. Я как-то тоже отдельное государство сейчас. Иринка вон, тоже сама по себе. Знаешь, смешно даже, я не помню, чтобы ты её хоть раз сажал себе на плечи, а ведь со мной ты проделывал это постоянно. Пап, ты вообще любишь её?
- Она же мне дочь! – опешив, выговорил он.
- Хм, - приподнял брови Ярослав и тут же задал следующий прямой вопрос. – Пап, а ты любишь маму?
- Да, конечно! – он даже приподнялся на стуле.
Ярослав чуть закивал головой и сделал мягкий жест рукой, словно стирая что-то перед собой.
- Вот о том я и говорю. Ты слышишь, как ты отвечаешь? Для тебя неважна нынешняя семья.
- Что ты городишь? Не вырос ещё, чтобы претензии такие высказывать! – уже гневно заговорил отец.
- Пап, ты даже не понял, ради чего я это затеял. Мы привыкли жить так. Параллельно существуя. Я этого не хочу, - застучал он себе в грудь кулаком. – И хочу, чтобы ты увидел, как ты влияешь на всех нас. Ты застрял в той любви к маме. Пойми, я же не враг тебе. Я тоже её любил, но заметь, любил! Но сейчас её нет, а твоя эта неправильная любовь влияет сейчас на нас всех. Ты же не только Нину отгородил и свою дочь, но и меня – сына той женщины, которую ты до сих пор любишь. Но они, - он указал на комнату сестры. – Не виноваты, понимаешь? Им нужно внимание, твоя защита и эта самая любовь прямо сейчас!..
Отец замер, внимая столь странным словам собственного сына.
- Нину я люблю, - упрямо и угрюмо высказал он.
- О, чёрт! – Ярослав со всего маху ткнул себе в лоб кулаком. С горечью скользнул взглядом по отцу и, резко крутанувшись на месте, выскочил из кухни.