Игры, в которые играют люди
На уединенном острове 456 игроков, запертые в странном здании, охраняемые вооруженными людьми с наглухо закрытыми лицами, играют в детские игры. Проигравший выбывает, причем в полном смысле этого слова: его безжалостно, а порой исключительно жестоко убивают прямо на глазах остальных участников.
При этом игроки пришли на бойню совершенно добровольно: у всех чудовищные финансовые проблемы, долги, нищета и тотальное одиночество. Так что борьба за гигантский денежный приз (именно его получит последний выживший) подкреплена кучей мотивирующих факторов.
Собственно, это весь сюжет южнокорейского сериала "Игра в кальмара", вышедшего на Netflix и ставшего одним из главных зрительских хитов года. В Сети обсуждают повышенную натуралистичность и кровавую жестокость съемок (безумное месиво начинается в первой серии и не прекратится до самого финала).
Политики что есть сил используют метафору кино в своих целях: северокорейские пропагандисты разразились эпичным воззванием о том, что сериал демонстрирует безысходность и бесперспективность жизни в сопредельном государстве и подтверждает распад капиталистического общества в целом.
Многие опасаются за детей: сериал невероятно популярен у молодежи, как и любое современное произведение в стилистике "кровь, кишки и пирожки". Дети активно в офлайне повторяют игры из сериала, слава богу, без жертв, хотя некоторые из этих игр, особенно завершающая, давшая название всему шоу, весьма травмоопасны
Хван Дон Хёк идет по пути великих предшественников, "стоит на плечах гигантов" — его сериал совершенно неоригинален. Сюжет в целом — еще одна перепевка "Повелителя мух" Голдинга. Затерянный остров, чудовищные игры на выживание, марионеточность персонажей — все это мы уже видели и не раз, в многочисленных вариациях, ничуть не уступающих "Игре в кальмара" по жестокости. Тут и "Королевская битва", и “Голодные игры”, и "Игра престолов", и "Голодная воля богов".
Кадр из сериала "Игра в кальмара"
Второй по значимости литературный источник, помимо Голдинга, — конечно же, роман Агаты Кристи "Десять негритят". Собственно, история о том, когда зачинщиком всей кровавой мясорубки оказывается одна из жертв, тоже далеко не нова и по-своему даже банальна.
Этот набор банальностей делает, как ни странно, "Игру в кальмара" вопиюще скучным зрелищем — но только для внимательного, насмотренного и начитанного зрителя. Он уже в первой серии способен предсказать финал — сразу понятно, что главный герой, Ки Хун, обречен на победу, а значит, защищен от смерти в любом виде. Также ясно, кто именно настоящий кукловод и создатель этой мясорубки. Только и остается обреченно ждать финала и уповать лишь на то, что зрителю предложат какие-нибудь уж совсем оригинальные и особо изощренные по жестокости игры.
Кадр из сериала "Игра в кальмара"
Впрочем, несколько ярких и символичных находок в сценарии есть — он не столь однобок, как кажется на первый взгляд. Например, Хван Дон Хёк придумал отличный ход с таинственными ВИП-персонами. Это уставшие толстосумы, жестокие извращенцы, готовые потратить огромные деньги в кровавом тотализаторе, ищущие отдых в легко контролируемом насилии. И, что немаловажно, говорят ВИПы исключительно по-английски (хотя и с чудовищным акцентом — ведущий игры владеет иностранным языком куда лучше).
Это наглядно демонстрирует их чужеродность и довольно прямолинейно обвиняет западное сознание в жестокости и желании контролировать Восток как таковой (хотя на самом деле игру, конечно же, придумали корейские хитрецы).
Кроме того, мир "Игры в кальмара", как ни странно, предельно логичен и в чем-то справедлив. В нем, например, есть вполне честное и открытое голосование. И даже право на остановку игр и возможность при желании вернуться обратно. Ощущается жалость по отношению к изгою. Есть осуждение социального неравенства и надежда на нравственное спасение общества в целом: именно на этом и построен последний этап, где Ки Хун сразится с создателем игры.
Собственно, из-за этого социального пафоса "Игру в кальмара" уже записали в продолжатели дела триумфальных "Паразитов" Пон Чжун Хо. Но, в отличие от оскаровского лауреата, который демонстрировал потрясающие сценарные и режиссерские находки (чего стоила одна тройная смена жанра всего фильма!), "Игра в кальмара" просто убивает своей вторичностью и безумной затянутостью.
Эти девять серий легко можно было бы уложить в трехчасовой фильм. На худой конец — в четырехсерийный мини-сериал.
Все они марионетки
Это шоу вскрыло главную язву современного массового зрителя: он неэрудирован, ненасмотрен, вообще малообразован. Поэтому для несюжет "Игры в кальмара" кажется новаторским, оригинальным и захватывающим. В подобной ситуации он вряд ли бы выжил — именно это и щекочет нервы.
Кадр из сериала "Игра в кальмара"
И в этом отношении "Игра в кальмара" — невероятно диагностическое явление, которое действительно способно запустить социальную рефлексию. Только она должна завершиться не столько антивандальными и запретительными мерами, а образовательными изменениями. Кровь на экране — бутафорская, злодеи — жалкие и отвратительные, жестокость — натуралистична, но при этом карикатурна. А вот неначитанность и дремучесть массового зрителя, восхищенного сериалом, вполне реальна. И нам жить именно с этим, а не с придуманными (и не очень страшными) экранными злодеями.