Здравствуйте, уважаемые подписчики и гости канала. Егор Николаевич Солянкин – участник гражданской войны, после которой продолжил службу в Красной Армии. Уже в 1921 году оканчивает курсы командного состава, далее курсы усовершенствования командного состава "Выстрел" (1931 год), и главное в 1932 году Ленинградские бронетанковые курсы, с этого момента жизнь Егора Николаевича до самой смерти будет связана с бронетанковыми войсками. С 1934 года Солянкин командует танковым батальоном в 1-ой Казанской стрелковой дивизии. Далее занимает различные командные должности и с декабря 1940 года становится командиром элитной 2-ой танковой дивизией в Прибалтийском особом военном округе. К началу Великой Отечественной дивизии, генерал-майор Солянкин являлся одним из самых подготовленных и авторитетных танковых командиров Красной Армии. Примечательно, что во 2-ой танковой дивизии, Егор Николаевич заменил время, уделяемое строевой подготовке, на время непосредственной танковой подготовки. В итоге, механики-водители его соединении имели в среднем более 250 часов управления танками, а некоторые и более 500. Это был лучший показатель в РККА.
На 22 июня 1941 года во 2-ой танковой дивизии было: 32 танка КВ-1, 19 КВ-2, 29 Т-28, остальные Т-26 и БТ. Всего более 250 машин. В соединение входили: два танковых (3-ий и 4-ый), моторизованный (2-ой), гаубичный 92-ой) полки. Уже в первый день войны 3-ий (генерал-майор Куркин) и 12-ый (генерал-майор Шестопалов) механизированные корпуса получили приказ штаба северо-западного фронта о нанесении контрудара. Именно мехкорпус Куркина должен был атаковать под Расейняем. Однако 5-ая танковая дивизия корпуса вела бои в районе Алитуса. А 84-ая моторизованная дивизия была изъята для обороны Каунаса. Как итог – наносить контрудар в одиночестве без прикрытия на флангах будет именно 2-ая танковая дивизия генерал-майора Солянкина.
Соединение шло своим ходом более 150 километров. Автотранспортом были обеспечены вполне достаточно, однако тягачей не хватало. В итоге из 24 гаубиц, артполк был вынужден оставить в месте постоянной дислокации 8 орудий. Важно, что для танков КВ столь продолжительный марш является критическим, стали проявляться технические проблемы. Вот как вспоминает командир танковой роты (на тот момент) Осадчий:
23-24 июня, ещё до вступления в бой, многие танки KB, особенно КВ-2, вышли из строя в ходе маршей. Особенно большие проблемы были с коробкой передач и воздушными фильтрами. Июнь был жаркий, на дорогах Прибалтики пыли было огромное количество и фильтры приходилось менять через час-полтора работы двигателя. Перед вступлением в бой танки моей роты сумели их заменить, а в соседних нет. В результате, к середине дня большинство машин в этих ротах поломалось.
К полудню 23 июня 1941 года наши танкисты подошли к Расейняю. Здесь на берегу реки Дубице встретились с 6-ой танковой дивизией Вермахта. Немцы действовали двумя группами "Раус" и "Зекендорф" (по фамилии командиров - подполковника Э. Зекендорфа и полковника Э. Рауса). Примерно в 15 часов произошел танковый бой, вот как о нем вспоминает командир 6-ой танковой дивизии врага генерал-майор Ланграф:
Русские смяли 6-й мотоциклетный батальон, захватили мост и двинулись в направлении города. Чтобы остановить основные силы противника, были введены в действие 114-й моторизованный полк, два артиллерийских дивизиона и 100 танков дивизии. Однако они встретились с батальоном тяжёлых танков неизвестного ранее типа. Эти танки прошли сквозь пехоту и ворвались на артиллерийские позиции. Снаряды немецких орудий отскакивали от толстой брони танков противника. 100 немецких танков не смогли выдержать бой с 20 дредноутами противника и понесли потери. Чешские танки Pz.35(t) были раздавлены вражескими монстрами. Такая же судьба постигла батарею 150-мм гаубиц, которая вела огонь до последней минуты. Несмотря на многочисленные попадания, даже с расстояния 200 метров, гаубицы не смогли повредить ни одного танка. Ситуация была критической.
23 июня Солянкин со своими бойцами нанесли немцам мощный удар. И здесь бы закрепить свой сокрушительный успех, но столкнулись с проблемами типичными для наших танковых соединений в июне 1941 года. Вот как вспоминает о 24 июне 1941 года один из ветеранов 2-ой танковой дивизии:
Чтобы удерживать немцев, приходилось выделять до роты танков и жечь горючее, можно сказать, в холостую. А горючее мы взяли, что могли, на машинах, часть из которых сгорела во время бомбёжки. В результате 24.6 нам стало не хватать горючего и снарядов.
Пехоты критически не хватало. Моторизованный полк понес огромные потери, причем большую часть еще на марше. 24 июня же немцы подтянули еще одну танковую дивизию (1-ую), в большом количестве привлечена авиация и главное привлекли большое количество знаменитых зениток «восемь-восемь», которые пробивали броню всех советских танков, вплоть до мая 1945 года. Именно 24 июня 1941 года один единственный советский КВ (лишенный хода) блокировал дорогу снабжения всей 6-ой танковой дивизии Вермахта. Наши танкисты геройски отбивали все танковые атаки противника, не удалось уничтожить танк ни саперам, ни артиллеристам. С КВ справились только могучие зенитки, и то со второго раза (первое орудие уничтожили). Пока танки противника отвлекали советский экипаж атакой с фронта, зенитчики с тыла вонзили в наш КВ 8 бронебойных снарядов, двое из которых пробили броню. Советский экипаж был еще жив, в плен сдаваться отказались и были уничтожены брошенной в пробоину гранатой. Немцы похоронили наших танкистов со всеми воинскими почестями.
25 июня 1941 года немцы привлекли для борьбы со 2-ой танковой дивизией дополнительно еще 36-ую моторизованную и 269-ую пехотные дивизии. Против одной нашей дивизии теперь было уже четыре немецких, из которых две танковых. К вечеру соединение Солянкина было окружено, боеприпасы, и горючее практически закончились, пехоты не было (теперь КВ стали сильно уязвимы для немецких саперов). В строю осталось всего 20 танков. В этой ситуации, генерал-майор Солянкин принимает самостоятельное решение о прорыве из окружения. Пробиться к своим удастся немногим (выйдут в расположение управления 3-го мехкорпуса, которое самое было окружено). При прорыве, смертью храбрых погиб и славный советский воин Егор Николаевич Солянкин. Генерал-майор Куркин будет выводить остатки своего корпуса (2-ой танковой дивизии в частности) из окружения почти два месяца, удастся это сделать только в полосе Брянского фронта. Почему настолько южнее? Ответ простой – в Прибалтике было недружественное население, и наши командиры стремились пробиваться на юг. Западный же фронт к тому времени потерпел сокрушительное поражение. По тылам (лесистой местности) пришлось идти почти до Брянска. Вышедшие из окружения танкисты (напомню отлично подготовленные) составили основу 8-ой танковой бригады, командовать которой был назначен начальник штаба 3-го мехкорпуса полковник Ротмистров (будущий маршал).
Наше сильное, хорошо подготовленное танковое соединение фактически прекратило свое существование за три дня, несмотря на первоначальный сокрушительный успех. При этом по вине своего фронтового командования, не обеспечившего соединение Солянкина снабжением и, не прикрыв танкистов с флангов. По израсходованию горючего и боеприпасов, наши танкисты уничтожили свои машины и пробивались к своим в основном пешим порядком.
Благодарю Вас за прочтение. Если понравилась статья, ставьте палец вверх и подписывайтесь на канал.
Получилось довольно длинно, но я старался быть краток. Коллега Максим Коломиец очень детально исследовал сражение под Расейняем (рекомендую) ознакомиться можно – здесь. Также вопрос рассматривал Илья Мощанский – здесь. Кому интересен случай с одиноко сражавшимся в немецком тылу нашим КВ, ознакомиться подробнее можно – здесь.
Колесников Василий Григорьевич ©.