Начало здесь
Предыдущая глава здесь
М-да! Ночка была та ещё. Такого от Алёнки не ожидал. Я даже чувствовал какую-то ауру вокруг. Словно что-то вокруг нас вращалось, едва уловимо, на грани реальности и нереальности. Молодые женские лица и образы. Полураскрытые рты, глаза, то полные страсти, то закрытые в неге. Веер, водопад распущенных волос, женские руки обнимающие тебя. Пытаясь сфокусироваться, тут же видел перед собой глаза Алёнки, большие, жаждающие. Её чувственные губы, уже припухшие от поцелуев... "Любимый... Ненаглядный... Радость моя... Родной мой... Солнышко моё... Ещё хочу..." Это малая толика того, что я испытал и почувствовал, услышал. Её жаркое дыхание. Она сама, словно светившееся в полумраке горницы. Её волосы, водопадом падающие мне на лицо, когда она склонялась надо мной. Стук моего сердца и стук её сердца в унисон с моим... Её вскрик: "Никита!", который я старался приглушить своими губами, но не всегда получалось и в какой-то момент я увидел перед мысленным взором бабу Таю. Она улыбалась. Кивала мне. И я даже слышал, как она шептала мне, глядя в глаза: "Молодец Никита! Вам нужно дитя. Вас обоих это спасёт. А не сможешь - погубит. Это уже предопределено". Что предопределено? Не верю я в это... Да какая разница. Радуйся, балбес. У тебя жена такая красивая и юная... Прижимал её к себе. Прижимал так, словно боялся потерять. И она обнимая меня, сама прижималась, словно тоже боялась потерять меня. Даже плакала. Спрашивал её: "Алёнушка, чего плачешь, люба моя?" Она просто отрицательно качала головой и начинала целовать. Гладила меня по голове. Целовала в глаза, в нос, в щеки, в губы. Шептала слова любви. И я шептал ей, говорил, что она русалка моя...
На что похож танец любви? Может на полёт двух бабочек, которые вьются вокруг друг друга? Или на танец двух серых хищников, когда пришло время дать жизнь новому поколению? Вот она серая красавица стелиться вокруг него. То припадает к земле, то подпрыгивает верх, словно показывая себя ему - смотри, какая я! И он отвечает тоже, стремясь в верх, закручивая хоровод жизни. И эти двое словно хотят обнять друг друга. В её глазах горит огонь страсти и призыва... Движение это жизнь... Жизнь рождающая саму себя и этот круговорот не остановить, пока светит солнце, пока идут дожди, наполняя живительной влагой землю, словно оплодотворяя её. И она откликается буйным ростом растений, жужжанием насекомых, бегом животных и объятиями мужчины и женщины, порождая великое таинство, самое великое чудо...
Рассвет коснулся оконца горницы. Алёна сладко спала устроившись у меня на груди. Я лежал с открытыми глазами, смотрел в потолок, при этом нежно поглаживая её по спине. Что это было, этой ночью? Почему любя Алёну я в какой-то момент увидел её улыбающуюся бабку, услышал её тихий шёпот? А ведь они похожи, старая и молодая. Вот ведьма! Обе ведьмы. Мои губы расплылись в улыбке.
Полежав ещё немного, аккуратно сместил Алёну с себя. Встал, укрыл её одеялом. Оделся. Бабка уже не спала. Сидела за столом. тут же стояли тарелки с отварной картошкой, солёными огурчиками, нарезанным солёным салом, сваренными в крутую яйцами. Тут же стоял электросамовар. Баба Тая посмотрев на меня, усмехнулась. Я почему-то покраснел. Дьявольщина, она всё слышала. Наверное ещё и ворожила в это время, пока я любил её правнучку. М-да.
- С добрым утром, баб Тая! - Поздоровался я с ней.
- С добрым, Никита. Умаял девку мне, молодчик?
Я сполоснулся у рукомойника. Взял полотенце, вытерся. Сел за стол.
- Она сама кого хочешь умает, правнучка Ваша. Какая у Вас, баб Тая, кровать хорошая, крепкая самое главное!
Старуха кивнула.
- Крепкая. Батюшка мой, царство ему небесное, ладил её, когда на матушке моей женился. Многих она повидала на своём веку.
- И Вас с мужем? - Решил подшутить.
- И нас с мужем. Ну а как? мы с мужем то моим, царство ему небесное, дитё зачинали. Сколько раз мужа своего покойного на ней любила. Сладкие да жаркие ночи были. До сих пор помню. Да и потом, когда вдовой осталось, но ещё молода была, других мужчин любила на ней. А как ты хочешь? Это жизнь, Никита. И я с того самого момента, как Алёну забрала к себе, крошкой ещё, знала, что придёт срок и она тут мужа своего любить будет.
- И беременеть?
- Конечно. А как ты хотел?
- Рано ей ещё. Сама как ребёнок.
- Это не тебе решать. И не ребёнок она уже. Раз девка мужчину до себя допустила, детство закончилось. И ты хорош, молодец. Недаром родова Березиных. Здоровьем пышешь. Значит и детки здоровые будут, крепкие.
- Это Вы сейчас, бабуль, о чём?
- Да всё о том же. Ты своё дело хорошо сделал. Теперь её черёд. - Она опять усмехнулась. Пододвинула мне тарелку. - Ешь давай. Мужика кормить надо. Особливо после этого дела. Голодный?
- Есть такое. - Почистил яйцо. Положил себе картошки отварной, политой маслом. Вкусно. заедал ржаным хлебом с салом и солёным огурчиком. Бабка налила мне чай. Принесла и поставила на стол блюдо с ещё горячими пирогами. Прямо праздник живота.
Бабка смотрела как я ем. Через некоторое время встала.
- Ты ешь, Никита. - Сказала она и прошла в горницу. Пошла попроведовать правнучку. Интересно, о чём они говорить будут? Наевшись, прибрал за собой и тоже пошёл к Алёне. Она сидела на постели. На ней была ночная рубашка. Обе посмотрели на меня. Алёна улыбнулась и протянула ко мне руки. Подошёл сел на кровать, обнялись с ней. Алёна не стеснялась свою бабушку совсем. наверное какие-то запреты сняты были. Она стала меня целовать. бабка спокойно смотрела на нас. Потом сказала:
- Хватит. Вставай, Алёна. Чай не в городе. Работы много. И для тебя и для Никиты. А миловаться потом будете. Ночей у вас предостаточно будет.
До обеда переколол все чурки. Сложил в поленницу. Почистил двор от снега, навалив целый огромный сугроб. Потом ещё кое-что заменил в стайке. Собрал яйца в курятнике. Алёна сидела пряла пряжу, нить из овечьей шерсти. Сидел, наблюдал, как она ловко управлялась с этим непростым, для меня, делом. Иногда бросала на меня взгляды, улыбалась и слегка краснела.
- Пряжи напрядёт, носки тебе с варежками свяжет. - Пояснила бабка. - свитер.
- Да у меня вроде есть.
- Мало ли, что у тебя есть. Это всё не то. Химия одна сплошная. А тёплые носки с варежками, да свитер, в самую лютую стужу греть тебя будут. Всё натуральное. Да ещё если с чувством связанное, да наговоренное. Такому ты замены не найдёшь.
- Что значит наговоренное?
- А то и значит. Не забивай голову, Никита. Это наше, бабье. Мужикам нечего туда лезть.
Я пожал плечами. Фигня это всё, не верил я в это шаманство. Но говорить бабке ничего не стал.
Ближе к вечеру пошли с Алёной к моим старикам. Пошли пешком. Хотели прогуляться. Деревенские, которые попадались нам на встречу, здоровались и удивлённо смотрели на Алёну. А она шла легкой походкой, словно подчёркивая, вот какая я, не убогая хромоножка!
Проходя мимо двух женщин, поздоровались с ними. Вслед услышали:
- Ты смотри, Алёнка то вся светиться. И хромоты нет. Вылечили её Березины. Не идёт, а танцует.
- Ага, - вторила ей другая, - счастливый билет вытащила девка, молодец. Тихоня тихоней, а хваткая какая.
Рождество встречали у дедушки с бабушкой. Там и родители мои были и бабушка Тая. Днём катались с деревенскими с горки на реке. Речка замерзла. С крутого берега выезжали прямо на лёд. Весело было. Алёна смеялась счастливым звонким девичьим смехом. Сидели за праздничным столом. Все ночи, которые мы провели в деревне, спали исключительно у бабы Таи, в горнице. И каждую ночь, Алёна любила меня и требовала моей любви к себе. Уже ничего не стеснялась, на улице целовала меня при всех. Бабушка Нюра потом мне сказала, что Алёнка давала так понять местным красоткам, что это её мужчина и чтобы не смели к нему подходить. Когда уезжали домой, мои дед с бабушкой и баба Тая нам полмашины забили гостинцами. И картошка там была и сало пара солидных кусков и зельц, помидоры солёные, огурцы. И ещё всего до кучи. Я пытался отказаться, но меня никто не слушал. Родители только посмеивались. А старики говорили:
- Вы молодые, вам питаться хорошо надо. Особенно Алёне. - Это говорила моя бабуля. - А то худущая такая, одни глаза.
Я был в корне с бабой Нюрой не согласен. Алёна хорошо выглядела. У неё была прекрасная точёная фигура. Но со стариками много не поспоришь. Худая, значит худая. А должна быть в теле! Даже дед вставил свои пять копеек, сказав, чтобы было за что подержаться. Родители засмеялись, Алёна тоже, закрывая рот ладошкой в варежке. Я только покачал головой. Логика железная, раз в теле, значит здоровая, раз худая, значит болеет! С точки зрения бабы Нюры все модели, которых она смотрела по телевизору, все были больные и их надо было лечить. А то это ни в какие ворота, кожа да кости. Где там красота? Это так говорила моя бабка. Её поддерживал дед.
Приехав домой, на следующий день подали с Алёной заявление в ЗАГС. Я договорился, что регистрация будет через месяц, в феврале. Спустя ещё неделю, мне надо было ехать на в другой город, по работе. Дядя мне удружил. Собираясь, сказал Алёне, чтобы приеду поздно. Она как раз сдавала сессию.
- Алён, если что из продуктов нужно, ты купи. денег я тебе на карту закинул. Хорошо?
- У тебя когда экзамен?
- Послезавтра. Сегодня и завтра консультации.
- Ну ладно, я поехал. давай, грызи гранит науки.
Она обняла меня, поцеловались. Я ей улыбнулся и вышел...
Алёнка стояла в прихожей. Слышала как приехал лифт и Никита зашёл в него. Прошла на кухню. Смотрела в окно. Вот он вышел из подъезда. завел машину. Подождал пока она прогреется. Алёна всё это время смотрела на него. Прежде чем сесть в машину он посмотрел вверх на окна. Заметил её, улыбнулся и помахала. Алёна в ответ. И вдруг у неё защемило в груди. Накатило чувство, что она видит Никиту в последний раз. Он словно прощался. И чувство это только нарастало. Она кинулась в подъезд. даже уличную обувь не надела. В тапочках. Лифт был занят. Алёнка побежала по лестнице вниз. Выскочив на улицу, машины Никиты не увидела. Он уже уехал. Она кинулась назад в квартиру. Там был её телефон. набрала его номер. Никита ответил сразу:
- Алёна? Забыла что?
- Никита, скажи, тебе обязательно сегодня ехать?
- Алёна, ты чего? Конечно обязательно. А что случилось?
- Никита, а ты можешь завтра поехать или послезавтра?
- Нет, не могу. Алён, да что случилось то?
- Я хочу, чтобы ты побыл со мной сегодня. Я не хочу тебя никуда отпускать!
- Алёна, перестань. Что за детский сад? Я приеду сегодня. Поздно правда, но сегодня. Так что спать одна не будешь. Езжай лучше на консультацию. Всё нормально, русалка моя. Ты никуда от меня не денешься. Я буду постоянно на связи.
Алёна поехала в институт. Звонила Никите. Он отвечал. Она откуда-то знала, что должна слышать его голос. Пока слышит его, ничего не случиться. Кое-как отсидела на консультации. После, одногруппники предложили ей сходить в кафе.
- Спасибо ребята, но мне надо домой.
- Да ладно, Алёна, пошли. Посидим немного, потом поедешь. Хочешь я тебя отвезу. - Это был Ренат.
- Не надо меня никуда отвозить. Я в состоянии сама доехать. Я же сказала, мне домой надо. Мне ужин надо будет приготовить. Мужа накормить.
Алёнка ещё пару раз звонила Никите. Он отвечал. Говорил, что всё хорошо. Что почти закончил. Она приготовила ужин. Решила сделать его романтическим. Позвонив очередной раз, услышала, что абонент находится вне зоны доступа. Ещё с интервалом звонила несколько раз. Никита был недоступен. Алёнка сидела сжавшись на диване.
- С ним ничего не случится. С ним ничего не случится. Скоро он приедет. - Твердила она сама себе. Время было уже половина двенадцатого ночи. Никиты не было. Он продолжал оставаться недоступен. Алёна уже плакала. Постоянно набирала его норме, но всё безуспешно. В начале первого ночи мобильный разразился мелодией. Алёна схватила его. Это звонила свекровь, мама Никиты.
- Алё, мама? - Алёна услышала всхлипывания. Женщина плакала.
- Алёнушка. Никита наш...
- Что? Что с ним? Пожалуйста...
- Он...
Напряжение, в котором находилась девушка достигло своего пика. Сотовый выскользнул из её рук. Она упала на пол, потеряв сознание. И не слышала, как трубку у свекрови перехватил свекр:
- Алё? Алёна, Никита поступил к нам в больницу, в ожоговое отделение, в очень тяжёлом состоянии. Он детей спасал. Алёна ты слышишь меня?..
Спасибо, что дочитали!
Продолжение здесь