Представителям разных социальных слоев задавали один и тот же вопрос: «В чем причина успеха?». И вот в чем видят эту причину богатые, бедные и средний класс:
1. Богатые считают, что к успеху ведет упорный труд, предприимчивость и талант, поэтому они и богаты.
2. Средний класс видит основными причинами успеха личное старание, связи с нужными людьми и хорошее образование.
3. Бедные полагают, что причина успеха в хитрости и неравных стартовых условиях (наличие первоначального капитала и связи).
Вот оно, говорят богатые и представители среднего класса, наглядное доказательство того, что богатство достигается в нашем мире только упорным трудом, старательным образованием, самосовершенствованием, налаживанием связей и выдающимися личными качествами. А бедным, считают они, надо что-то менять в себе, иначе так и останутся бедняками, с таким мировоззрением им успеха не добиться. Отсюда делается вывод: богатые «зарабатывают» и поэтому богаты, а бедные не желают «менять свой подход к жизни» и поэтому бедны.
И все как один либеральные психологи принимают точку зрения богатых, а точку зрения бедных считают следствием необъективного мировоззрения («неправильного подхода»). Они считают, что раз богатые говорят, что богатство ведет к успеху, то они, конечно, говорят правду, и так оно и есть. А если бедные говорят, что к успеху ведет хитрость, то они, конечно, врут и заблуждаются, оправдывают свою неуспешность, завидуют и т.п. Априори эта точка зрения право на истину оставляет только за богатыми. А возможность лгать и заблуждаться – только за бедными. Вот такая «объективность».
Такой является наиболее распространенная на сегодняшний день и, можно сказать, официальная, либеральная точка зрения.
Причина именно такого подхода проста – большинство людей, у которых есть деньги купить компьютер и время писать статьи в блогах, вряд ли относятся (или относят себя) к бедным. Поэтому они солидаризуются с позицией своих собратьев по классу. А что тут странного? Ничего. Вероятно, большинство делают это неосознанно, искренне заблуждаются, а не врут. Видят лишь то, что подходит к их убеждениям, а противоположного не замечают. Или - предпочитают не замечать.
Основные положения этой официальной точки зрения (либеральной теории успешности) таковы:
- Люди делятся на бедных и богатых, потому что они обладают разными возможностями и талантами.
- Креативные, позитивно мыслящие, находчивые, смелые, предприимчивые, привыкшие полагаться на себя, имеющие активную жизненную позицию и, конечно, трудолюбивые, достигают в жизни успеха и богатства.
- Тупые, трусливые, пассивные, ленивые, имеющие иждивенческую психологию, т.е. считающие, что им все должны и не привыкшие добиваться чего-то самостоятельно, завистливые, не верящие в возможность успеха и т.п. – они этого успеха, естественно, не достигают и остаются бедными.
- Хочешь быть богатым – развивай соответствующие качества, самосовершенствуйся.
В рамках этой теории озвучиваются такие тезисы, как:
«Жизнь ожиданиями будущего всегда приводит к разрухе» (бедные всегда ждут, что кто-то за них все сделает),
«Страх потратить деньги на себя делает вас нищим» (недостаток эгоизма относится к причинам индивидуальной бедности),
«Богатство и нищета это состояние вашего ума и ваших мыслей» (если вы бедны, то виноваты в этом сами – неправильно мыслите),
«Нищета находится в немытой голове» (бедняк в силу своей психологи в принципе не способен ничего добиться, даже голову помыть он не хочет),
«Почему рядом с нищетой всегда грязь?» (потому что бедные — свиньи от рождения);
«Презирать деньги достаточно легко, особенно не умея их зарабатывать» (все бедные – завистливые и лицемерные ничтожества);
«Постепенно человеку становится привычно и комфортно в образе бедного и нищего» (не надо жалеть бедняков – им привычно и комфортно).
И так далее.
Кто является активным проводником подобных взглядов (некоторые категории граждан хочется выделить отдельно):
- Конечно, сами богатые – они пишут мемуары, в которых рассказывают о том, как им было с детства нелегко и как они сами всего в жизни добились;
2. Люди с идеалистическим мировоззрением: сторонники фильма «Секрет», теорий о «материальной мысли» и «Вселенной, которая отвечает на наши желания»;
3. Последователи коммерческих культов, организаций сетевого маркетинга;
4. Гуру поп-психологии, пишущие книги и проводящие курсы о том, как достичь богатства и успеха;
5. Журналисты, «психологи» и прочие медийные персоны, вольно или невольно выполняющие определенный социальный заказ;
6. Представители среднего класса, тянущиеся к богатству и успеху, верящие, что если они будут развивать определенные качества, присущие богатым, то обязательно смогут стать тоже богатыми и успешными.
7. Разные люди, не относящиеся к предыдущим категориям, для которых в силу тех или иных причин (психологического, прежде всего, характера) данная точка зрения является привлекательной.
Отметим еще некоторые положения данной теории, которые как бы очевидны, но не всегда афишируются:
- Богатство и бедность присутствуют всегда в любом типе общества. Бедность как явление неискоренима в принципе. И это нормально.
2. Несмотря на то, что бедность как явление неискоренима, индивидуальная бедность может быть побеждена. То есть конкретно вы можете разбогатеть, если очень захотите и все будете делать правильно. «С устройством общества бороться не будем, но в наших силах организовать свою жизнь так, чтобы нас обошли стороной материальные проблемы» – призывает автор одной из статей.
3. Поскольку бедность как явление неискоренима, вы можете разбогатеть, перейти из разряда бедных в разряд богатых, только за счет того, что кто-то совершит обратный переход. Т.е. вы можете становиться богаче, только конкурируя с другими, делая других (менее способных, менее трудолюбивых и т.д.) беднее. И это тоже нормально.
4. Бедные заслуживают свою бедность, а богатые достойны своего богатства. Так и должно быть, это справедливо и мудро. Богатые являются элитой общества, наилучшими его представителями, носителями высокой морали и выдающихся достоинств. А бедные, соответственно, наоборот.
5. Деление на бедных и богатых не только является справедливым, правильным, но такое деление также естественно, полезно, необходимо для общества (пример бедных заставляет остальных лучше работать, создает им дополнительную мотивацию и служит элементом сплочения, бедность это элемент естественного отбора, который помогает обществу становиться лучше за счет выживания наиболее приспособленных);
6. Цель жизни каждого человека – стремиться к богатству. Кто так не считает, тот лох.
Почему данная точка зрения является в России официальной? Политика нынешней власти ничем принципиально не отличается от политики периода Ельцина («Лик державный сменил маску либерала, Но повадки те же у лжеца. Есть у демократии начало, Нет у демократии конца!»), основные векторы те же — вперед к «светлому» капиталистическому будущему. А при капитализме бедность есть обязательная и даже желаемая (по мнению многих теоретиков) составляющая общественного бытия. Тут можно спорить о проценте бедных, об уровне бедности, но не о самой бедности как таковой. Бороться можно с уровнем бедности, а с самой бедностью бороться нельзя. Именно такой позиции в своих речах и придерживаются представители и нынешней власти, и либеральной оппозиции, когда говорят о бедности. Хотя говорят они так витиевато, что извлечь смысл из их речей порой очень сложно.
Пропаганда и мнимая легкость индивидуальной борьбы с бедностью, скажем мягко, не совсем подтверждается различными данными, которые объективно оценивают мобильность социальных лифтов в обществе, скажем еще мягче, современного нам социально-экономического устройства. Мобильность эта очень низка. Родившийся богатым скорее всего останется богатым, родившийся бедным — бедным. Отдельные исключения, подтверждающие это правило, всегда привлекают внимание и упоминания о них тиражируются журналистами, писателями и режиссерами. Но это всегда исключения.
Сейчас давайте попробуем абстрагироваться от того, верна эта вышеприведенная теория или нет (к этому еще вернемся), и ответить на вопрос, кому может быть выгодно ее распространение в обществе, а кому наоборот. Ответ очевиден – ее распространение выгодно богатым. Потому, что она призывает не бороться с бедностью как таковой (объявляя, что это бессмысленно), способствует сохранению status quo, сохранению мира, который делится на богатых и бедных, в котором у богатых есть все, что они хотят, а у бедных ничего.
Теперь немного истории и еще чуточку политики и экономики. Теория о бедности, как необходимой или, во всяком случае, неизбежной части существования общества, существует с давних времен, ее творчески развили такие буржуазные идеологи либерального толка, как Адам Смит (которого читал Онегин вместо Гомера), Томас Мальтус (автор сомнительной демографической теории своего имени), Д. Рикардо, Г. Спенсер, Ф. фон Хайек и другие.
Либеральная экономическая концепция предполагает, что рынок должен быть свободен (от влияния государственных и общественных институтов), что он тогда будет регулировать сам себя и все будет отлично. Бедность же - как раз один из механизмов такой регуляции (см. выше – перспектива бедности как стимул для движения к успеху; бедность как элемент естественного отбора).
Собственно, буржуазный либерализм и буржуазный консерватизм суть две грани одного и того же явления, и различия между ними чем дальше, тем условнее. Даже одного и того же политика одни оценивают как либерала, другие как консерватора (взять хоть того же Путина). Поэтому вышеописанную теорию богатства и бедности можно было бы просто назвать капиталистической теорией и, наверное, ошибки тут бы не было. Однако чаще встречается ее обозначение именно как либеральной, поэтому чтоб не путаться оставим такое наименование.
Необходимо также указать на связь этой теории с социал-дарвинизмом. Социал-дарвинизмом называется теория, переносящая законы естественного отбора, царящие в дикой природе, на общество в неизменном виде.
Согласно ей homo homini lupus est — люди в обществе борются друг с другом как звери в джунглях, выживает сильнейший, и это правильно, так достигается прогресс, худшие отсеиваются и умирают в безвестности, лучшие добиваются успеха и продолжают свой род. Более мягкой формой социал-дарвинизма является социал-индивидуализм. Теория эта заведомо ложна и вредна, так как по мере развития человеческого общества единицей отбора становится не индивид, а социальная группа. Обществом востребованы разные качества индивида, в т.ч. те, которые никак не повышают его индивидуальную способность к приспособлению и выживанию. Кроме того индивидуализм сам по себе – фактор способствующий разобщению и ослаблению социальной группы.
«Культура бедности» – теория Льюиса
Либеральная теория бедности логично дополняется разнообразными изысканиями о психологии бедняков, которые призваны доказать, что бедные бедны только потому, что у них в голове неправильные установки, которые они не желают менять и соответственно им некого обвинять в своем бедственном положении кроме самих себя.
Важный вклад в это дело внес американский антрополог Оскар Льюис, который в 50-60-х годах прошлого века ввел в оборот термин «культура бедности». Льюис утверждал, что у бедняков сформирована специфическая культура, включающие поведение, стереотипы, убеждения, психологические установки. Все это и мешает им становится богатыми. Возьмем конкретного бедняка – по Льюису он бы мог разбогатеть, но его установки и прочее мешают ему, а отказаться от них он не хочет. Льюис выделял такие признаки культуры бедности, как социальная и политическая пассивность, негативное отношение к основным государственным институтам, церкви, негативное отношение к принятым в обществе культурным нормам (особенности в области сексуального поведения), преобладание таких установок, как беспомощность, зависимость, низкая самооценка, низкая мотивация к труду и достижениям; ориентация на сегодняшний день, неспособность к планированию.
Теория Льюиса впоследствии была расширена и дополнена многими последователями, в результате сформировался образ бедняка как человека, ленивого, пассивного, который хочет, чтоб у него все было, но не хочет для этого ничего делать, а также трусливого и завистливого. Этот образ бедняка естественно очень выгоден буржуазной пропаганде, он с разными вариациями тиражируется и поддерживается разными силами. Политики оправдывают этим свое нежелание бороться с бедностью. Зависимые от политиков журналисты, деятели «науки» и «культуры» штампуют произведения, подтверждающие эту теорию (ключевое слово – «зависимые», т.е. не все поголовно). Лидеры коммерческих сект (типа Herbalife или Amway) вырабатывают у своих членов идеологию, основанную на культе наживы, используя негативный образ бедняка, неудачника и лентяя, и предлагая перестать быть такими, а для этого думать только о деньгах, добывать их всеми способами, увеличивая, таким образом, прежде всего, богатство самих лидеров.
Разные лже-психологи, тренеры и коучи в своих популярных (особенно сейчас, в период кризиса) книжонках используют теорию индивидуальной бедности, чтобы продемонстрировать то, как якобы просто сделаться из бедного богатым. При этом на разных асоциальных качествах, тоже якобы обнаруженных Люьисом у бедных (таких как презрение к нормам и сексуальная распущенность) акцента особо не делается, в первую очередь говорится о психологическом протрете бедняка (пассивность, иждивенчество и далее по списку). Причина, вероятно, в том, что сексуально распущенный и наплевавший на всех субъект – это уже несколько другой персонаж, с точки зрения современной «культуры» в чем-то даже привлекательный. А вот образ тупого, ленивого, пассивного и завистливого бедняка идеально вписывается в либеральную экономическую парадигму – это персонаж явно отрицательный, но сам виновный в своих бедах, не достойный ни жалости, ни восхищения.
По сути, синонимом «культуры бедности» является термин «субкультура бедности». А также с подачи отдельных, считающих себя психологами, либеральных представительниц древнейшей профессии (журналистики, а не той, про которую вы подумали) появился термин «синдром бедности», который, хотя и имеет определенную медицинско-психологическую окраску (бедняки – психологически неполноценные индивиды, страдающие специфическим синдромом), но отнюдь не связывается с жалостью или альтруизмом по отношению к беднякам, а лишь призван подчеркнуть, что они сами виноваты в своей болезни.
Впоследствии сторонниками теории Льюиса был введен для обозначений бедных термин underclass («низший класс»), что весьма показательно для понимания оценки бедняков сторонниками этой теории.
Важно понимать, что теория Льюиса и ей подобные фактически игнорируют экономические причины бедности, сводя все причины ее к недостатку личных усилий или психологической ущербности бедняка.
Следствие из этих теорий, которое не афишируются, но подразумевается, заключается в том, что бедняку бессмысленно помогать, так как он в силу своей психологии все равно не сможет преодолеть бедность (выиграет в лотерею – пропьет выигрыш или нерационально истратит, станешь ему помогать – сядет на шею и т.п., таких историй растиражировано журналистами и писателями).
Тезис «бедняку бесполезно помогать» является дополнением и частной разновидностью тезиса «с бедностью бесполезно бороться». С высоких трибун такие вещи у нас не говорятся, но они вытекают напрямую принятой сегодня либеральной теории бедности.
В противоположность либеральной теории бедности существует социалистическая теория бедности. Было бы логичнее, если бы социалистической теории противопоставлялась капиталистическая, но ввиду некоторой путаницы терминологии мы капиталистическую теорию обозначаем как либеральную (впрочем, отношение к бедности и богатству у либералов, республиканцев и буржуазных консерваторов принципиально не отличается). Об этом было сказано выше.
Социалистическая теория бедности
Социалистическая теория проста и понятна, но говорить о ней сегодня не принято. Потому что мы не живем в социалистическим обществе, наши правители, «элита» и т.п., как их ни назови, очень не хотели бы возвращения к социализму, и, конечно, они внушают нам, что социализм – это зло, «неудавшийся исторический эксперимент» и т.д., а также стремятся, чтобы мы (простые граждане) как можно меньше знали о теории социализма (много вы видели в книжном магазине популярных изданий Маркса, Ленина, Сталина?).
Социалистическая теория бедности подразумевает, что бедность является следствием определенных типов социальных отношений (эксплуатации) и, соответственно, присуща (и не просто присуща, а является неотъемлемой, необходимой частью) только определенным типам социально-экономического устройства общества (например, капиталистическому обществу).
Теоретическое отличие социалистической теории от либеральной заключается в том, что:
- Бедность как явление искоренима вместе с искоренением порождающих ее типов социально-экономических отношений;
2. Бедность связана не столько с индивидуальными качествами бедняка, сколько с внешними для него обстоятельствами;
3. Следствие из этой теории: беднякам надо помогать, а с бедностью как явлением можно и нужно бороться.
Как же в свете социалистической теории можно представить «культуру бедности»?
Очевидно, что полностью отрицать формирование у бедных людей специфических поведенческих и психологических особенностей, установок, стереотипов глупо. Они формируются. Психология бедного и психология богатого – отличны. Также невозможно отрицать, что некоторые (некоторые, не все) составляющие психологии бедняка являются факторами, объективно мешающими преодолению бедности. Однако, тем не менее, все это весьма не похоже на «культуру бедности», описанную Льюисом и его последователями. Надо заметить, что приведенные ниже данные являются заслугой ученых, которые вовсе не были социалистами и марксистами. Однако разработанные ими теории согласуются с марксистской теорией бедности и могут служить для объяснения психологии бедняка в рамках этой концепции.
Итак, отличия теории Льюиса от, условно назовем, социалистической или просоциалистической теории бедности следующие:
- Психологические особенности бедняка являются в первую очередь не причиной, а следствием его бедственного положения и носят приспособительный характер (хотя вторично некоторые из них могут быть уже причиной бедности, так возникает порочный замкнутый круг);
2. Эти особенности могут меняться по мере изменения окружающих условий, хотя такие изменения в психологии происходят медленно. Американский исследователь К. Дженкс (ничуть не марксист) ввел в оборот термин «культура гетто». Теория «культуры гетто» отличается от теории Льюиса как раз двумя вышеприведенными особенностями. Другой исследователь А. Мани (тоже не марксист) подчеркивал (и подтверждал экспериментально), что многие качества, присущие беднякам, могут меняться вместе с изменением ситуации (его теория известна как «ситуационный подход к бедности»). Подобные взгляды также высказывались (и высказываются) многими другими авторами.
3. Качества, присущие беднякам не вполне совпадают с качествами, указанными Льюисом и его последователями.
Социалистическая теория подразумевает, что бедность является вынужденной, а психологические особенности, присущие бедным, развиваются вследствие объективных условий, являются приспособительными. Эти особенности в первую очередь помогают бедняку выжить. При рассмотрении с такой точки зрения психологический портрет бедняка начинает терять те откровенно негативные черты, которыми снабдили его сторонники Льюиса.
Так нежелание рисковать для бедняка теперь оказывается вполне объяснимым и логичным. Пропагандисты либеральных, буржуазных психологических теорий приводят примеры богатых людей, которые неоднократно рисковали, становились банкротами, потом начинали все сначала и, наконец, достигали богатства. Однако важно понимать, что у богатого человека достаточно денег, чтобы рискнуть. Даже потеряв их, он не становится нищим, банкротство богатого человека означает лишь то, что его начинание оказалось неудачным – что ж, можно попробовать заново. В то же время бедняк не имеет лишних денег, он может рискнуть, только сделав долги, заложив все свое имущество, рискуя здоровьем и жизнью и т.п. В случае провала его ждет голодная смерть (во всяком случае, весьма незавидная участь, пожизненная кабала и т.п.). Также надо понимать, что у богатого и бедного, желающих рискнуть (например, завести собственное дело), изначально неравные стартовые условия – как минимум это связи (которые есть у богатого, но отсутствуют у бедного, вряд ли кто-то станет утверждать, что этот фактор не имеет значения) и соответствующий опыт, образование, капитал, полученный в наследство и т.д. Что же касается бедняков, которые рискнули и разбогатели, став богачами, то давайте объективно оценим, сколько их и сколько на каждого из них приходится тех бедняков, кто рискнул и не разбогател, а наоборот (см. выше). Собственно, объективно оценить это не получается, т.к. такой статистики обнаружить не удалось, можно лишь сделать предположения.
Вывод: бедняк, как и богач, может рисковать, но у него меньше шансов на успех, и в случае неудачи он теряет неизмеримо больше. В этой ситуации стремление избегать рисков выглядит как важная, даже необходимая часть психологии бедняка, обеспечивающая его выживание. Из нежелания рисковать, оправданного для бедняка, произрастает пассивность, нежелание вообще ничего делать, так формируется явно не конструктивная позиция, в т.ч. описанная Льюисом. Но, во-первых, в основе ее лежат объективные причины, адекватные приспособительные механизмы, а не личные качества и отсутствие желания, во-вторых, не у всех она формируется в таком запущенном виде, в-третьих, к негативным чертам, мешающим разбогатеть, часто относят не пассивность, а именно нежелание рисковать, но эти вещи следует разграничивать, и последнее вряд ли следует относить в разряд положительных, нужных для бедняка качеств.
Где-то рядом с нежеланием рисковать находится отсутствие предприимчивости, нежелание и неумение из всего извлекать выгоду.
Это весьма сомнительное умение порой ставят в заслугу богатым и его отсутствие включают в число недостатков бедных. Что ж, можно согласиться, с тем, что бедные не обладают им в той же мере, что и богатые, и это мешает им разбогатеть. Только нужно ли стремиться к этому? В коммерческих сектах типа Amway делают на этом акцент, там людей заставляют все оценивать только как источник денег, внушают, что если на чем-то не заработать, то это не нужно. Если такая промывка мозгов проходит успешно, то в результате получается психологически изуродованная личность, видящая во всем и во всех вокруг только средства личного обогащения. Чтобы снова стать человеком, ей нужна длительная реабилитация. Но при этом она может разбогатеть до некоторого предела, да.
Бедным приписывают также неумение распоряжаться деньгами. Приводят примеры – мол такой-то бедняк получил деньги и все ему на пользу не пошло, пропил, спустил, нерационально потратил. А нет бы в дело вложить. Действительно навыки ведения дел и вкладывания в них денег у бедняка отсутствуют, он тратит деньги менее рационально, чем на его месте поступил бы богатый. Но, для него это также элемент приспособления – он должен заботиться о насущном, а не строить стратегические планы по развитию бизнеса. Иначе ноги протянет с голода. Отсюда неумение общаться с большими деньгами. Что же из этого следует? Бедняк не умеет общаться с большими деньгами, не знает, куда правильно их вложить и т.п. Поэтому потратит их нерационально (по сравнению с богатым). Может даже себе во вред (пропьет). Все так. С.Г. Кара-Мурза сравнивал бедность с длительным голоданием. Нельзя человеку, который не ел месяц, давать наедаться до отвала – может умереть. Так и бедному нельзя сразу давать много денег. Бедность – это социальная болезнь, но также и болезнь индивидуальная, в этом смысле термин «синдром бедности» верен, но больной заслуживает не презрения и подачек, а сочувствия и грамотного, комплексного, постепенного лечения.
Теперь поговорим об отсутствии эгоизма, неумении и нежелании тратить на себя много денег и т.п. качествам, являющимся частью «культуры бедности». Тут будет уместно указать на то, что культура бедности – это культура, направленная на коллективное, групповое выживание.
Богатый человек скорее индивидуалист, все окружающие для него – конкуренты (враги), и именно такая психология помогает ему разбогатеть. Беднякам же необходимо сплачиваться, выживать сообща, иначе не получится.
Скрываются ли в индивидуализме богатого положительные черты? Без сомнения, их можно там увидеть: он независим, сам в состоянии противостоять всем угрозам и проблемам окружающего мира, он силен и крут.
Но, какие эпитеты и аналогии рождаются у нас, когда мы представляем такого человека? Хищник… Акула капитализма… Пауки в банке… Крысиный король… Мрачно? Ну хорошо, пусть будет просто сильный и независимый человек, одиночка. Именно такой идеальный образ — сильной и независимой личности, успешного индивида, рисует нам либеральная культура, в которой главенствуют индивидуализм, разобщенность, эгоизм и эгоцентризм.
Но бедняк одиночкой быть не может. Он в одиночку погибнет. Поэтому культура бедности, рассматриваемая в рамках социалистической теории, исповедует коллективизм, как объективную необходимость. Со всеми присущими ему чертами – нежеланием много тратить на себя, заботой о ближнем, взаимопомощью, готовностью пожертвовать личным ради общего и ожиданиями этого от других. С точки же зрения Льюиса (и, в особенности, его либеральных последователей), как мы помним, все не так: бедняк – это агрессивный маргинал, он тоже сам за себя и против всех, завистлив и озлоблен. В общем, этакий мерзкий тип, ненавидящий всех и, особенно, богатых.
Ненависть к богатым — это еще одно качество, приписываемое беднякам богатыми, буржуазией. Оно, по мнению сторонников наиболее распространенных буржуазных теорий, либо имеет врожденный, природный, животный, иррациональный характер, либо проистекает из зависти.
Вот как рассуждает о взаимных чувствах бедных и богатых автор какой-то статейки: «Самодостаточная и образованная личность максимум может с пренебрежением относиться к другим. Это вполне естественно с высоты «раздутого» банковского счета. Человек, постоянно нуждающийся и терпящий лишения, ненавидит всех и вся. Особенно не приемлет благосостояние и благополучие».
То есть богатые просто снисходительно и справедливо погладывают на бедняков свысока, а вот бедняки ненавидят всех, в особенности тех, кто чего-то достиг. Знакомая песня, не правда ли? Актуальная со времен событий начала XX века.
Обратим внимание на два момента:
- испытывать негативные чувства к тому, кто за счет тебя богатеет, психологически и нравственно оправдано. Вот когда наоборот (негативные чувства к тем, за счет кого ты разбогател), то это оправдано только психологически, причем не совсем в рамках психологии здорового человека (оправдание богача, негативно относящегося к бедняку, может быть в том, что этот человек ненавидит свое собственное прошлое, или испытывает неосознанный страх, или нуждается в самооправдании), но не может быть оправдано нравственно. Кто-то возмутится – что, мол, за ерунда, богатые богатеют не за счет бедных, а за счет... ну например, своего трудолюбия и далее по списку. Возмущающихся отсылаем выше к описанию модели распределения богатств в современном обществе и тому, за счет чего при неизменности бедности как явления можно побороть бедность индивидуальную.
- реальность несколько отличается от этих взглядов. О реальных моральных качествах богатых и бедных мы скажем ниже.
«Консервация бедности» – часть идеологии богатых
Из сказанного выше начинает вырисовываться весьма интересный момент. Психологические особенности бедняка являются приспособительными и включают стремление к коллективизму. Однако буржуазные идеологи навязывают (в том числе самим беднякам) образ бедняка-индивидуалиста. Зачем? Затем, чтобы ослабить приспособительный потенциал культуры бедности, чтоб бедные не могли выбраться из своей бедности и оставались бедными. Ну а богатые, конечно, богатыми.
Так, например, все мы постоянно слышим в последние годы, что социальная помощь должна быть адресной. Что, мол, это правильно, что иначе будем плодить иждивенцев, а так конкретно будем оказывать помощь только нуждающимся. Происходит монетизация льгот и т.п., то есть объектом социальной помощи оказывается не бедняк как таковой по праву принадлежности к своей социальной группе, а конкретный гражданин Иванов-Бедный, который как бы сам по себе, смог доказать, что конкретно он в этой помощи нуждается. Разве с точки зрения психологии нельзя ли это расценить как элемент диверсии, направленный на индивидуализацию, атомизацию, раздробление, разобщение бедных?
Американские ученые, исследовавшие мораль богатых и бедных (см. ниже), отметили, что богатые в основном уверены в справедливости своего богатства, и с учетом этого нет оснований надеяться, что они будут что-то делать для бедных. А поскольку в существующей системе власть принадлежит богатым, скорее следует ждать, что социальное неравенство и все, что ему сопутствует, будет усугубляться. Что ж, логично.
Кстати, существуют и специфические экономические механизмы, которые отделяют бедных от прочих и не дают им «подняться» и которые, в отличие от монетизации льгот, сложно замаскировать под что-то хорошее (и поэтому о них просто не говорится). Мы обитаем в реальности, где существуют не только низкие заработки, высокие цены и жестокий рынок, который отбраковывает в бедность менее удачливых или недостаточно приспособленных. Кроме этого работают дополнительные специальные механизмы, призванные удержать бедных в бедности. Например, это несоответствие стоимости необходимых товаров («товаров для бедных» – простейших продуктов, жилья, коммунальных расходов) и товаров «для обеспеченных». Товары первой необходимости для бедных очень дороги относительно товаров роскоши для обеспеченных. Из-за этого бедные вынуждены тратить все на то, что необходимо им для выживания, и не могут выйти из бедности. А те, кто вышел, могут дальше уже не прилагать таких усилий.
С.Г. Кара-Мурза пишет о том, что на Западе «предметы первой необходимости были относительно дороги, но зато товары, которые человек начинает покупать только при более высоком уровне благосостояния, – дешевы. Хлеб, молоко и жилье (для бедных) очень дороги относительно автомобиля (для богатых)». В своих книгах он приводит очень показательную статистику, которая иллюстрирует как СССР, превращаясь в Российскую Федерацию, все делал «как на Западе»: именно цены на продукты первой необходимости росли в разы быстрее, чем на другие товары.
Вот так и живем мы теперь, и почти забыли, что в стране «проклятого прошлого» все было строго наоборот — низкие цены на услуги и товары первой необходимости (или их полная бесплатность, как было с жильем и образованием) и относительно высокие цены на товары роскоши (частные автомобили, например) (вспомните или спросите у бабушки, сколько стоил в СССР хлеб, сколько платили за электричество и воду, какой процент эти траты составляли в структуре расходов семьи в сравнении с нынешним днем).
Ну, и конечно, «культура» не отстает. Что она делает? Рисует нам образы богатых и бедных такие, которые согласуются с текущей социально-экономической ситуацией. Богатые в массе отличные ребята, если есть исключения, то это «в семье не без урода», в основном они всего достигают сами, упорным трудом и выдающимися личными качествами, в полном соответствии с разноцветной картинкой, с которой мы начали статью. У иных авторов идеи эти доходят до гротеска и клиники, рождая образы нелепые и устрашающие. Про атланта, расправившего плечи, читали? Это как пример того самого. Часто эти кирпичи еще и экранизируют. Кстати, об экране: в большинстве современных фильмов и сериалов персонажи – это люди выше среднего достатка (в то время как в жизни больше половины населения, в частности России, едва сводит концы с концами).
Это посыл зрителю: нормальный человек обеспечен, бедные и нищие – это «низший класс», другой вид жизни, их существование лучше не замечать, даже если вы сами к ним относитесь.
Интересно и само отношение с слову «зарабатывать». В русском языке оно связано со словом «работа», зарабатывать – значит получать деньги трудом. Однако очевидно, что отнюдь не все способы получения денег можно называть заработком. Не зарабатывает вор. Не зарабатывает взяточник. Не зарабатывает тот, кто заставляет на себя работать другого. Не зарабатывает спекулянт. Однако в СМИ и произведениях «культуры» мы видим, что слово «зарабатывать» используется неоправданно часто там, где более правильным было бы применение фраз типа «получать доход» или «делать деньги» (из числа корректных выражений). Таким образом формируется представление о бедном, который не хочет работать (в рамках теории Льюиса) и оттого беден, и противопоставляемом ему богатом, который «зарабатывает» миллионы. Это извращенное, перевернутое представление о труде.
А каков же образ бедняка? В основном, либеральная культура транслирует два разных образа:
- «Хороший бедняк», который принимает и приветствует существующую социально-экономическую ситуацию. Он с восхищением смотрит на богатых, сам мечтает и пытается разбогатеть в рамках дозволенных возможностей (например, стать «средним классом»), либо, если не пытается и ничего не делает, то свою изначально бедняцкую участь может и не считает справедливой, но смиренно и покорно терпит, считает ее следствием индивидуальных, личных причин (лично ему или его семье в жизни не повезло, но что тут поделаешь). За свое «правильное» понимание ситуации в конце произведения он бывает вознаграждаем.
Так, например, Золушка – пример «хорошего бедняка». Не задумывались об идеологической подоплеке этой сказки? Сказка ведь родилась в средневековой феодальной Франции, она учила крестьян смирению и покорности. В многочисленных интерпретациях этого сюжета, клонируемых буржуазной массовой культурой, средневековая мораль снова на первом месте: будь смиренным, терпи, не бунтуй, учись радоваться своей бедняцкой жизни, она не так уж плоха, и однажды будет тебе счастье, приедет принц на белом коне.
Как тут не вспомнить, что пассивность один из компонентов Льюисовской «культуры бедности». - «Плохой бедняк» – противопоставляется «хорошему». Он не желает мириться со своим положением, причем в борьбе применяет системный подход, видит несправедливость общества и хочет ее исправить. Строго по Льюису, он маргинален, злобен, завистлив, агрессивен, пронизан утопическими идеями светлого будущего, ради которых готов всех убить и т.п. В лучшем же случае он — нелепый и глупый идеалист, которого его искренние заблуждения и поиски социальной справедливости не доводят до добра. Из этого образа «плохого бедняка» вырастает и образ «борца с системой», нарисованный буржуазной массовой культурой отдельно – это либо жестокий и беспощадный тип, который ради неких абстрактных идей готов на любые преступления, либо опять же идеалист, который своим примером показывает, что борьба с системой это заблуждение, следование которому ведет только в тупик.
Единственный борец, в рамках либеральных и буржуазных теорий, который имеет право быть носителем положительных качеств и победить в конце фильма, – это борец, борьба которого носит, как описанная выше социальная помощь, «адресный» характер, он борется с отдельными головами гидры (например, уничтожает «плохих ментов», разоблачает «плохих бояр»: министров и губернаторов, или даже пытается отправить в отставку «плохого царя» — Путина) и успешно их одолевает. Идеально на эту роль подходят разнообразные бэтмены, супермены и человеки-пауки. В строгом соответствии с теориями Смита и Льюиса борьба с несправедливостью тут представляется как индивидуальная борьба конкретных героев с конкретными злодеями. Борец как правило одиночка (посыл – будь за себя и против всех), в лучшем случае это небольшая группа друзей-единомышленников.
Системный характер и опору на широкие массы в представлении буржуазной массовой культуры эта борьба (против социальной несправедливости) может приобретать в строго ограниченном перечне случаев. А именно:
1) герой, являющийся носителем буржуазно-демократических ценностей, борется с более архаичной социально-экономической формацией (феодализмом);
2) герой, являющийся носителем буржуазно-демократических ценностей, борется с «тоталитарным» социализмом, коммунизмом, большевизмом, для изображения которого используются максимально отталкивающие краски и образы;
3) герой, являющийся носителем буржуазно-демократических ценностей, борется с неким фантастическим вселенским злом, которое изображено столь невнятно, что угадать в его облике какие-то реальные черты невозможно (зомби, пришельцы);
4) герой, являющийся носителем идеологии буржуазного либерализма борется с буржуазным консерватизмом (за права чернокожих, геев и т.п. — «за все хорошее»). Все.
Социальная революция в рамках буржуазной, либеральной культуры представляется однозначным злом. Причем конкретно сейчас в нашей стране складывается ощущение, что само слово это наводит мистический ужас на некоторых. А что, время нестабильное, кризис и т.п., лучше лишний раз не произносить всуе. Иначе чем вы объясните, например, то, что недавний фильм «Пришельцы 3. Революция» выпустили в русском прокате под названием «Пришельцы 3. Взятие Бастилии»? Ни Бастилия, ни ее взятие к сюжету фильма никакого отношения не имеют. Нет, кроме шуток, попробуйте найти какое-нибудь рациональное объяснение такому переименованию.
Вот так современная массовая культура используется для того, чтобы «законсервировать» существующее положение дел, включая неравенство и прочие особенности, создавая образы, призывающие отказаться от борьбы против социальной несправедливости, либо направляющие эту борьбу в заведомо неконструктивное (безопасное для существующего строя) русло. Эти образы формируют соответствующие установки и модели поведения. Причем в первую очередь, конечно, у бедняков, потому что они в большей степени являются потребителями этой «массовой культуры». Конечно, можно найти и образы, являющиеся исключениями из вышеприведенного списка. Но таков «культурный» мейнстрим, исключения лишь подтверждают правило.
Говоря о воздействии произведений как культуры вообще, так и буржуазной массовой культуры, в частности, на человека, необходимо, во-первых, отметить, что это воздействие существует объективно (абсолютно любое произведение, даже все зависимости от желания создателей, формирует стереотипы поведения, установки, несет идеологический заряд, чем талантливее, качественнее оно, тем выше степень воздействия). При этом, потребляемое с экрана (фильмы, ТВ) обладает гораздо более сильным потенциалом воздействия, чем читаемое.
Во-вторых, мы понимаем, что результат этого воздействия может быть разным по силе в зависимости от индивидуальных особенностей человека. Можно выделить количественный и качественный момент (но помним Гегеля: количество переходит в качество):
- тот, кто в большей степени потребляет эту «культуру», больше смотрит телевизор, получает большую дозу воздействия;
- тот, у кого не развито собственное критическое мышление, кто мыслит иррационально и мозаично, в большей степени подвержен этому влиянию.
На востоке говорят: «можно нести огонь в не пораненных ладонях», применительно к нашей теме: если мышление человека «не поранено», не искажено, рационально, он может потреблять произведения «культуры», не опасаясь вреда, он способен применять системный подход при оценке явлений, верно устанавливать причинно-следственные связи и т.п., то он будет значительно менее подвержен любой манипуляции, в т.ч. навязыванию ему тех или иных моделей поведения или идеологических стереотипов. Такой человек сможет отделить факты от их эмоциональной окраски, сопоставит транслируемое с другой информацией и т.п., в результате он сделает выводы, на основании этого получит более объективную картину реальности и сам сможет решать, с чем из предлагаемого он согласен, что примет для себя, а что нет. Смысл в том, что рационально мыслящий человек менее подвержен воздействию чужого мнения, в частности транслируемого через ТВ, газеты и книги.
Из сказанного выше вытекает необходимость для достижения максимального эффекта воздействия следующих моментов:
1) обеспечение максимального потребления «культуры» бедными и средними слоями населения (каждому по телевизору и т.п.);
2) воспрепятствование развитию рационального, критического мышления у бедных и средних слоев населения.
Как это, последнее, может достигаться:
- реформирование системы образования, организация обучения таким образом, чтобы обучаемый получал лишь отдельные факты, не связанные меж собой в систему, в целостную картину реальности, не смог сформировать навыков самостоятельного мышления;
- распространение в обществе установок, направленных на укоренение иррациональных моделей поведения и мышления (например, плюралистических, религиозных или мифологических); один из инструментов достижения – та же «культура» («культура», кроме прочего, создает тип человека, максимально восприимчивого к «культуре», замкнутый круг), есть и другие инструменты, не будем их касаться.
Далее. Многочисленные исследователи неоднократно отмечают процессы расслоения, разобщения единого народа на богатых и бедных, которые превращаются в два разных народа. Они даже говорят на разных языках (иногда в прямом смысле – как в дореволюционной России, со склонностью аристократов общаться то по-немецки, то по-французски), они обучаются в разных школах и вузах, лечатся в разных больницах, проводят время в разных увеселительных заведениях, проживают в разных районах (богатые в «элитных», бедные в трущобах).
Эта социальная сегрегация в действии – еще один механизм, способствующий «консервации» бедности (но несущий в себе потенциальную угрозу бунта, которая, впрочем, устраняется другими средствами). В запущенной форме она приобретает такие атрибуты, как «эскадроны смерти», проводящие зачистки в бедняцких кварталах, и пулеметы на крышах «элитных» многоэтажек. Как в Бразилии, например. Начало же им было положено в тех же идеологических изысканиях мистера Льюиса и его коллег, называющих бедняков «низшим классом».
Таким образом, мы видим, что в буржуазном обществе созданы и функционируют специальные механизмы, направленные на консервацию социального неравенства, сведения борьбы с ним на нет или направления ее в неконструктивное русло.
При этом два момента достойны того, чтобы их отметить отдельно:
- Хотя большинство из вышеприведенных механизмов способствуют «консервации» бедности как явления, отдельные из них направлены и на «консервацию» индивидуальной бедности, то есть при декларировании индивидуальной возможности достичь успеха в рамках буржуазных (либеральных) социологических теорий, в реальности капитализма запущены и действуют механизмы, призванные не допустить этого.
- Массовая «культура», показывая образы богатых и бедных среди прочего формирует те установки, которые являются частью «культуры бедности» по Льюису и Кº. То есть «культура бедности» не только не возникает в обществе сама собой и не только является приспособлением к самой бедности, но те части «культуры бедности», которые объективно мешают преодолению бедности, еще и специально формируются методами этой «культуры». С этих позиций распространение теории «культуры бедности» можно рассматривать как фактор, «консервирующий» бедность.
Психология бедных и богатых: реальность
Итак, теперь настало время вернуться к тому, от чего мы некоторое время назад абстрагировались. Насколько на самом деле присущи бедным те качества, которые приписывают им те или иные теории? Сейчас мы попробуем ответить на этот вопрос. Причем нас, конечно, больше интересует тот, кого мы с вами видим довольно часто (некоторые даже в зеркале) – бедняк российский. Но тут одна беда: исследований в нашей стране на эту тему почти не проводится. Почему – непонятно. То ли никому не интересно, то ли результаты заранее прогнозируемы, а озвучивание их чревато проблемами. А бедных у нас много – вероятно, уместно говорить, о том, что бедными объективно является большинство населения.
Существует (на Западе) такое понятие, как «порог депривации» (лишения), это некий критический уровень бедности, за которым начинается стремительное скатывание вниз, откуда практически нет возврата. За этим порогом у человека уже нет сил бороться, оказавшись там, он останется там навсегда.
С.Г. Кара-Мурза, отмечает, что в русском языке нет специального слова для обозначения этого запорогового состояния бедности, в отличие, например, от английского языка (poverty против misery). Русское слово «нищета» не соответствует этому содержанию. Так вот, наши бедные в массе этого порога еще не достигли. Пока что. Хотя механизмы (см. предыдущие разделы), существующие в буржуазном обществе, подталкивают бедняка к этому состоянию, разрушают те опоры, которые могли бы помочь ему удержаться от соскальзывания туда.
А теперь, наконец, перейдем к сравнению нарисованных выше теоретических портретов бедняка (и в меньшей степени богача) с реальностью. Для начала пролистаем уже Доклад РАН о бедности (2013). В нем приведены данные больших опросов, там респонденты разделены на «бедных и «небедных», богатых отдельно не выделяют.
Что в результате видим:
- Бедняк не склонен обучаться по специальности, совершенствовать навыки, читать дополнительную литературу и т.п. Вывод: бедняк пассивен в профессиональном плане.
Ха-ха, потирают руки сторонники мистера Льюиса: бедняк не хочет ничему учиться, не желает саморазвиваться, вот он и остается бедняком! Однако далее: как оценивают бедные и небедные возможность получения ими необходимых профессиональных знаний и навыков. Небедные — в три с половиной раза выше, чем бедные. Может, бедные врут, просто учиться не хотят, вот и придумывают, что все равно не получится? В рамках данного опроса ответа мы не получим, однако вряд ли кто-то поспорит с тем, что возможность получения дополнительных знаний и навыков требует дополнительных сил, времени и денег. Которых у бедняка меньше, чем у небедняка. Приблизительно в 3.5 раза. - Не только «небедные», но и бедные люди в большинстве считают справедливым, если более умный и трудолюбивый имеет больший достаток. Удивительно, не так ли? Ведь в представлении многих либеральных якобы психологов бедняк только и мечтает, что все отнять и поделить, жечь барские усадьбы и т.п. Так вот, нет, на самом деле бедняки метают не об этом, а всего лишь о таком устройстве в обществе, где все, и они в том числе, имели бы равные возможности. Равные не на уровне декларации, а на деле.
- Бедные в сравнении с небедными в меньшей степени связывают богатство с честным трудом. Ну, на эту тему мы уже видели рисунок в начале, это не ново.
- Весьма примечательные данные собраны авторами доклада относительно морали бедных и небедных. Респондентам задавали вопросы о том, какие поступки они считают не имеющими никаких оправданий. Различия по многим вопросам очень несущественны, да и в целом они не слишком велики. Это, вероятно, объясняется тем, что респондентов делили на бедных и небедных, не выделяя отдельно богатых. Тем не менее различия есть даже тут. Так бедные (по сравнению с небедными) в большей степени склонны оправдывать пьянство, хамство, национальную нетерпимость и сопротивление полиции. Как бы все по Льюису. Но они более непримиримы в отношении взяточничества, наркомании и супружеской неверности. Пока комментарии оставим, т.к. о морали будет еще сказано ниже.
Что ж, мораль... Путь к богатству всегда лежит через индивидуализм и конкуренцию (каждый за себя и против всех), в то время как традиционная мораль основана на коллективистских ценностях. О происхождении морали много говорить не будем, не тема данной статьи.
Общественная мораль носит приспособительный характер (как и все в мире) — в стае легче выжить, чем по одиночке, поэтому закрепляются стереотипы поведения, призывающие помогать другим членам стаи, подчиняться стае, приносить частное в жертву во имя интересов стаи и т.п. Так живет и развивается общество. На каком-то этапе появляются одиночки, вожак, который подчиняет интересы стаи себе лично и т.п. Еще на каком-то этапе появляется идеология, что стая не нужна, каждый пусть будет одиночкой, кому повезет, тот всего себе добудет, кому нет... да и черт с ним. Но эти социальные преобразования от слишком хорошей жизни. И подчинившееся им общество заведомо менее жизнеспособно перед стаей, спаянной едиными интересами.
Американские ученые (Д.Келтнер, М.Краус, П.Пифф, Калифорнийский университет в Беркли) на протяжении ряда лет провели ряд экспериментов, чтобы оценить отличие моральных установок богатых и бедных.
Результаты их однозначны: богатые в большей степени склонны лгать для достижения выгоды, «подрезать» на дорогах другие автомобили и даже (классическое) отбирать конфеты у детей (участнику эксперимента предлагалось взять конфеты из вазы, предназначенной будто бы для детей, богатые брали сколько хотели, а бедные этого не делали). Также богатые в меньшей степени склонны делиться с другими деньгами («Жадности много не бывает», говаривал на эту тему Дональд Трамп). И кроме того богатые в принципе менее способны к сопереживанию, эмпатии (не распознают эмоции других людей на фото, смотрят на людей как на вещи, вырабатывается эмоциональная холодность, черствость). Ну и конечно, богатые и бедные говорят о причинах богатства строго так, как на рисунке в начале нашей статьи. При этом ученые подчеркнули, что каковы бы ни были психологические причины таких ответов (самооправдание и др.), они соответствуют тем установкам, которые определяют поведение этих людей. А из этого следует то, что богатые, имея власть, будут заботиться только о богатых, т.к. они считают, что бедные недостойны заботы. Собственно, в нашей стране еще лет 30 назад эти вещи считались самоочевидными: в классовом обществе каждый стремится поддерживать интересы своего социального класса, но теперь, кажется, все забыто и выводы американцев будут для некоторых удивительным открытием.
Однако в то же время просмотр короткого ролика о жизни бедных, заставлял богатых на время вести себя более морально. Это говорит о том, что психологические установки как богатых, так (вероятно) и бедных не статичны и поддаются коррекции.
Вопрос, остающийся открытым: богатство ли развращает и лишает морали или же отсутствие морали способствует обогащению?
Те же ученые из Беркли моделировали ситуацию в игре типа «Монополия». Когда некоторые участники игры резко богатели, было отмечено, что они начинали свысока и по-хамски относиться к своим неразбогатевшим недавним товарищам. То есть таки да, богатство их развращало. Правда, это была игра, а участники были изначально воспитаны на идеалах индивидуалистического общества. Думается, что оба названных механизма имеют место, т.е. вопрос здесь решается диалектически: богатство развращает и лишает личность морали, отсутствие же высокой морали у личности способствует еще большему индивидуальному обогащению.
В тему о развращении богатства как минимум можно добавить то, что богатый может позволить себе совершать поступки, противоречащие морали (от половой распущенности до убийства), замазывая их последствия деньгами. Не значит, что обязательно позволяет, но имеет возможность. В отличие от бедного. И это, наверное, уж точно не дисциплинирует.
А как же благотворительность, скажет иной читатель? Ведь очень много богатых людей, которые помогают бедным, строят на свои богатства больницы и приюты, жертвуют на разные фонды, даже некоторые усыновляют детей из разных стран.
Что ж, благотворительность – это здорово. Хоть она и не слишком коррелирует с разнообразными вышеприведенными данными. О мотивах благотворительности богатых судить здесь не будем, они у каждого свои. Говорить о природе благотворительности, не касаясь социально-экономических моментов, трудно, поэтому ограничимся общим утверждением: где-то в мире есть богатые люди, которые совершают добрые поступки, есть добрые и хорошие богатые люди. Может быть, вам повезет и вы их когда-нибудь встретите.
Да, чуть не забыл: по американской статистике, чем выше доход человека, тем ниже процент, который он готов отдавать на благотворительность (в одном из исследований 2,7% для богатых против 4,5% для небогатых).
Резюме
Есть существенная разница между социалистическим и капиталистическим подходом к бедности.
В социалистической стране бедность считают социальным злом, с бедностью борются, а в капиталистической – бедность считают естественным и полезным общественным явлением (то есть так считают богатые, а мнение бедных не спрашивают) и создают специальные механизмы, экономические, социальные, политические, культурные, мешающие ее преодолению. Причем преодолению как бедности в принципе как явления, так и индивидуальной бедности. На словах, конечно, говорят с трибун и экранов совсем о другом, но на словах, как известно, говорить – не кули ворочать.
Существующие механизмы в капиталистическом обществе на деле направлены на оправдание, закрепление и усиление социального и имущественного (классового) неравенства.
Принятая в буржуазном обществе теория «культуры бедности» призвана оправдывать бедность и пропагандирует негативное отношение к беднякам. Термин «культура бедности» включает ряд поведенческих и психологических установок, якобы присущих бедным. Часть из этих установок на самом деле не присуща беднякам, другие присущи, некоторые из тех, что существуют на самом деле, действительно мешают преодолению бедности. Реальная психология бедняка отличается от того, что говорит теория «культуры бедности». Само внедрение и распространение теории «культуры бедности» может рассматриваться как фактор, «консервирующий» бедность.
Психологические установки, связанные с богатством и бедностью не статичны, а корригируемы. Это могло бы стать потенциалом для прогрессивных общественных изменений, результатом которых стало бы уменьшение социального неравенства, но правящий класс, класс богатых — не заинтересован в этом.
Существующие в буржуазном обществе механизмы способствуют закреплению в сознании бедняка определенных качеств, т.е. вся психология бедняка изначально является способом его приспособления к реальности. Но существуют и специальные механизмы, призванные дополнительно закрепить и усилить одни качества, составляющие эту психологию (а именно те, которые мешают бедняку преодолеть бедность — например, пассивность) и устранить другие (которые могли бы помочь бедняку преодолеть индивидуальную бедность или, тем более, вывести его на путь борьбы с бедностью как явлением – например, коллективизм).
Таким образом, все эти механизмы ослабляют приспособительный потенциал психологии бедняка и превращают ее в элемент «консервации» существующего положения.
(с) Попов Максим, невролог, г. Красноярск