Ключ от часов оказался тяжелым, но я все же снял его с крючка. Действительно, он никак не реагировал на прикосновения, хотя должен был не просто заводить старые часы, но и управлять временем, замершим на этой планете. Механическая часть часов давно не работала, пружина раскрутилась. Но насколько ее завод мог влиять на ход времени? Это вообще казалось невероятным.
Я спустился из башни с часами вниз, захватив с собой и ключ, хотелось рассмотреть его повнимательнее. Он не имел единую монолитную форму, а был собран из нескольких частей и представлял из себя достаточно сложную конструкцию.
Основание ключа, состоящее из трех частей, могло изменять длину, раздвигаться и складываться, а кроме этого его можно было изгибать под разными углами. Каждое изменение формы сопровождалось щелчком, и новое состояние основания фиксировалось.
Бородка ключа вообще представляла из себя сложный механизм, состоящий из двадцати деталей, вращающихся относительно других, с изменяемой длиной и фиксирующихся в разных положениях. Каждое такое положение, каждой детали тоже сопровождалось тихим щелчком механизма.
В башне ключ висел, имея самую простую форму - его основание было прямым и коротким, а все десять элементов бородки выстроились в единую линию с одинаковой длиной. Я долго вертел ключ в руках, придавая ему самые разнообразные формы, почему-то похожие на разных зверьков. Их телом было изгибающееся основание, а изменяющаяся бородка - головой. По крайней мере мне так казалось.
Последнее создание получилось особенно удивительным - самое длинное, искореженное тело, и лохматая голова с бородой и двумя запавшими глазницами. Похоже в таком положении ключ все же проявил некие признаки жизни и как будто начал просыпаться. Мефистофель тоже оживился, но все еще не мог достучаться до своего собрата. А это было именно так.
Мефистофель мог управлять пространством, а ключ - временем. Теперь и его собрату следовало придумать какое-то имя. Правда пока в голову ничего не приходило. Может потому, что ключ еще не обрел нужной формы.
Я опять сидел за столом, листая книги ушедшей цивилизации, водил по точкам и черточкам руками, но нигде не мог ничего найти о времени. Кстати в этом мире не было и книг о порталах и ключах от них. Наверное древние мастера создавали свои мастерские для чего-то одного, что для них было интересно.
И только теперь я подумал - а была ли вообще эта древняя цивилизация такой, как мы, люди, вообще представляли цивилизацию? Может просто несколько одиноких отшельников, мастеров, создавали то, что каждому было интересно. Вот именно! Просто интересно! И это была ни какая-то необходимость, а жажда познания, может и просто увлечение.
В высокой башне на заснеженной планете обитал первопроходец, жаждущий путешествий, здесь - тот, кто хотел научиться управлять временем. Быть может заглянуть в прошлое, уйти в будущее. А этот мир так и остался незавершённым, недоделанным. Возможно он и был населен какое-то время, но с уходом мастера времени, когда пружина часов раскрутилась, сделался пустым и необитаемым.
Здесь не было книги о времени, а может ее вообще не существовало. И все, что придумал мастер, так и осталось только в его голове, если она вообще у него была.
Я пододвинул к себе странное существо, получившееся из ключа, постарался ни о чем не думать и опять увидел спящий взгляд в глубине лохматой головы. Мефистофель старался мне помочь и посылал сигналы, пытаясь пробудить спящий артефакт. Но без изменения формы ключа ничего не получалось.
Надо было продолжить экспериментировать с артефактом. Сначала пробовал менять форму тела, положение его частей. Но существо не просыпалось. Потом приступил к его голове и осторожно, по одному щелчку, начал менять волосы и форму лица. После каждого щелчка требовалась остановка, Мефистофель посылал свой сигнал. И нам удалось нащупать направление изменений, приводящих к более активному отклику.
Постепенно существо менялось. Из дикого заросшего зверя оно превращалось в образ, подобный человеческому. Мне даже показалось, что у него проявились женские черты. И вот, наконец, наступил момент, когда глаза существа открылись, и Мефистофель уловил первый ответный отклик. Получилось, произошло невероятное. Впрочем за время своих путешествий я уже почти отвык удивляться.
Еще несколько тихих щелчков, и разговор между Мефистофелем и Эвридикой зажурчал серебряным ручейком. Почему ключ от времени вдруг обрел женский образ и стал для меня Эвридикой - не знаю. Может это была просто шутка неизвестного мастера и моего воображения.
Я отнес Эвридику наверх и поставил этот артефакт в самый центр часов, где нашлась платформа, как-будто специально предназначенная для него. Может так и было на самом деле. Замочная скважина для ключа скорее всего была еще одной шуткой мастера.
Если в высокой башне заснеженной планеты жил скорее вдумчивый философ, то здесь мне представился образ некоего молодого и веселого шутника. Он познал время, ушел и оставил загадки следующему пытливому уму.
Внутри механизма раздалось несколько громких щелчков, основная пружина начала скручиваться в тугую спираль, сам качнулся маятник, закрутились зубчатые колесики и шестеренки - часы начали отсчитывать время в этом мире, и оно должно было стронуться с места. На планете должна была возродиться и жизнь. Это мне не просто казалось, я знал это.
Снаружи что-то уже поменялось - добавилось света. И скоро над горизонтом, над океаном показался край светила, огромного и чистого цветом, как-будто только что родившегося и умытого. Промелькнула тень, и большая птица с широко расправленными крыльями спланировала от гор в сторону синего океана. Его цвет тоже изменился, ожил, как и город, все еще пустой, но тоже неуловимо изменившийся.
А я пошел дальше по узкой тропинке. Карта стала другой - красный участок на ней сменился на синий, как и цвет выходного портала из этого мира.
Продолжение ЗДЕСЬ
Начало истории ЗДЕСЬ