В России в 10 раз чаще заболевают ВИЧ, чем в Евросоюзе, заявили в Роспотребнадзоре в конце сентября. В некоторых регионах Урала и Сибири риск инфицироваться ВИЧ — выше и в 20, и в 35 раз, чем в Европе, и уже сравним со странами Африки.
С вирусом иммунодефицита в России живет уже более 1,1 миллиона человек — это равно населению крупного города, Перми или Омска. И это только официально учтенные. На самом деле ВИЧ-положительных может быть 1,5 миллиона. Ущерб для экономики от распространения вируса оценивается в 225,5 млрд рублей в год. Это прямые расходы государства на лечение, выплату пенсий по инвалидности, а также косвенные потери из-за преждевременной смертности, говорят в Роспотребнадзоре. Однако стратегия правительства по борьбе с ВИЧ не предусматривает кардинального улучшения ситуации.
С раком ситуация не лучше. По оценке ведомства, сейчас в России живут 3,7 млн человек, больных каким-либо онкологическим заболеванием. Основной причиной повышенной смертности от рака в России является поздняя диагностика.
В России идет тихая эпидемия ВИЧ. Вирус иммунодефицита распространяется в разы быстрее, чем в европейских странах и даже на постсоветском пространстве. Такого числа новых случаев нет ни в Украине, ни в Турции, ни даже в Таджикистане, граничащем с главным производителем опиума в регионе — Афганистаном. Более того, в 2019 году Россия вошла в топ-25 стран мира, где ВИЧ распространяется быстрее всего, свидетельствуют данные ЮНЭЙДС. И в этом топе ― только Россия и страны Африки.
Внутри России есть свой антирекордсмен ― Кемеровская область. В этом регионе выявляют в три раза больше новых случаев, чем в среднем в стране. В прошлом году в Кузбассе было зарегистрировано 125 человек с ВИЧ-инфекцией на 100 тысяч населения. В допандемийном 2019-м ― 171 новый случай. При этом по населению Кузбасс сопоставим с небольшой европейской страной: скажем, Словенией или Литвой. В Словении в 2019 году выявили 1,6 человека с ВИЧ на 100 тысяч населения. Это в сто раз меньше, чем в Кемеровской области.
Страны Западной Европы много средств тратят на профилактические программы. А в нашей стране никаких подобных программ нет. Отсюда и возникает такая разница в цифрах.
Больше всего новых случаев на Урале и в Сибири: в Кемеровской, Иркутской областях, Пермском крае. В Кузбассе и Иркутской области инфицирован вирусом уже почти каждый 50-й житель. То есть люди с иммунодефицитом наверняка есть в каждом многоквартирном доме или даже подъезде.
Такой уровень распространения вируса логичнее сравнивать не с Европой, а с маленькими и бедными странами Африки или Карибского моря. Доля ВИЧ-положительных в Кузбассе сопоставима с распространением вируса в Гамбии, Гаити, Белизе. И это без преувеличения — катастрофа.
Кроме того, антиретровирусную, то есть подавляющую вирус терапию, в России получают только 55% от всех ВИЧ-положительных пациентов. Это значит, что остальные 45% потенциально продолжают передавать вирус другим людям.
Почему у нас появляются организации, которые получают деньги из-за рубежа? Да потому, что наше правительство и региональные власти очень мало денег дают общественным, да и государственным организациям на проведение профилактических мероприятий.
Еще один миф: ВИЧ — болезнь молодых. Так было двадцать лет назад. В 2000 году четверть заразившихся составляли подростки 15–20 лет. Теперь все иначе. В 2019 году (это самые свежие опубликованные данные) 40% новых случаев было зафиксировано в группе возрастом от 30 до 40 лет. И столько же — в группе старше 40.