Мы находились в этой комнате вчетвером. Хотя комнатой этой было назвать сложно. Скорее комнатушка или, что будет точнее, клетка без окон, с одной единственной дверью и четырьмя койками. Вот и всё убранство. Но самое интересное, что ни еды, ни воды нам не приносили и при этом совсем не хотелось есть или пить. Это удивляло, наверное первые несколько дней, а потом все привыкли. Может нам во сне что-нибудь колют, ведь никто не помнит что происходит, когда мы спим. Сегодня шёл уже 39й день, как мы здесь оказались. Все разговоры, попытки понять, почему мы здесь, да и вообще, где это, здесь, давно закончились. Выяснили только, что все мы с разных городов, разных профессий и положения в обществе. Через неделю никчемной болтавни, мы практически перестали общаться. Ситуация была угнетающей. Ни крики, ни стуки в дверь не давали никакого результата. А где-то через недели две заточения, люди стали сходить с ума. Особенно это стало заметно по мужику, с именем Гриша. В начале он стал что-то бормотат