Строительство Статуи Свободы было совместным проектом Франции и США. Франция должна была построить медную статую женщины, поднимающей факел, а Соединенные Штаты должны были построить для нее пьедестал.
Но какое-то время было неясно, будет ли статуя вообще возведена в Нью-Йорке. Когда Статуя Свободы прибыла (разобранная) в гавань Нью-Йорка в июне 1885 года, пьедестал все еще строился, и сборщики средств все еще искали деньги, чтобы закончить его.
Конгресс и губернатор не собирались финансировать постройку
Дискуссии о том, что Франция должна построить статую для Соединенных Штатов, начались примерно за 20 лет до того, как Статуя Свободы прибыла в Нью-Йорк. Французский историк Эдуард де Лабуле впервые предложил эту идею примерно в 1865 году, когда закончилась Гражданская война и Соединенные Штаты начали отмену рабства.
Де Лабуле, аболиционист и сторонник демократии, считал, что финансирование памятника, посвященного победе Соединенных Штатов, усилит поддержку демократии во Франции, которая тогда находилась под диктатурой племянника Наполеона Бонапарта. Французский скульптор Фредерик Огюст Бартольди согласился спроектировать статую под названием «Свобода, просвещающая мир».
Когда Бартольди проводил кампанию за общественную поддержку статуи в Соединенных Штатах, он рекламировал статую как памятник в ознаменование вековой годовщины США 4 июля 1876 года, когда исполнилось столетие с момента принятия Декларации независимости. К столетнему юбилею статуя еще не была готова, но даже когда статуя прибыла в Нью-Йорк почти десять лет спустя, Американский комитет статуи Свободы все еще не собрал примерно 250 000–300 000 долларов, необходимых для постройки пьедестала.
Большая часть денег, собранных комитетом, вероятно, поступила в виде пожертвований от богатых американцев. По словам Алана Краута, профессора истории Американского университета и председателя консультативного комитета по истории Фонда Статуи Свободы на острове Эллис, не было федерального финансирования постамента, потому что Конгресс США не мог согласовать статью расходов.
«Было много разногласий и споров по поводу того, кто должен вкладывать деньги», - говорит он. Некоторые «были за статуи [маркиза де] Лафайета и Джорджа Вашингтона» и не хотели статую Свободы, потому что «считали понятие свободы слишком абстрактным».
Кроме того, губернатор Нью-Йорка Гровер Кливленд, прежде чем стать президентом в 1885 году, сказал, что Нью-Йорк не может использовать средства городского правительства для оплаты пьедестала. Другие города, такие как Бостон и Филадельфия, выразили заинтересованность в финансировании пьедестала, но при этом было понятно условие - статуя должна будет размещаться в их городе.
Газета Пулитцера собирала средства у общественности
Джозеф Пулитцер, венгерский иммигрант и богатый газетный издатель, поддержал установку статуи в Нью-Йорке. 16 марта 1885 года он попросил читателей своей газеты «New York World» сделать пожертвования на постамент.
«Мы должны собрать деньги!» - писал он в своей нью-йоркской газете. ««New York World» - это народная газета, и теперь она призывает людей выйти вперед и пожертвовать деньги… Давайте не будем ждать, пока миллионеры дадут нам эти деньги. Это не подарок миллионеров Франции миллионерам Америки, а подарок всего народа Франции всему народу Америки».
Пулитцер напечатал имена людей, которые делали пожертвования, в газете и часто включал детали, которые жертвователи якобы прислали ему, о том, почему они делали пожертвования или как они заработали эти деньги. (Несмотря на его критику миллионеров за то, что они не пожертвовали достаточно средств на пьедестал, неясно, пожертвовал ли богатый владелец газеты что-либо из своих денег на это дело).
Кампания газеты по сбору средств была успешной: к августу 1885 года более 120 000 человек пожертвовали более 100 000 долларов - достаточно денег, чтобы возвести пьедестал. 28 октября 1886 года президент (и бывший губернатор Нью-Йорка) Гровер Кливленд торжественно открыл Статую Свободы в гавани Нью-Йорка.
После этого Пулитцер продолжал освещать свою роль в сборе средств для статуи.
«Жители Нью-Йорка осознали роль, которую сыграл Пулитцер, и Пулитцер никогда не боялся напоминать им об этом», - говорит Краут. «Потому что, в конце концов, он был человеком, которому надо было продавать газету».
Друзья, если вам понравилась статья, не стесняйтесь комментировать и ставить лайки. Также, буду признателен, если вы подпишитесь на мой канал "ИсториоГрад".