Мы с сестрами недолго пробыли в приюте. Каким-то чудесным образом, еще до оформления всех документов и ограничении нашей мамы в родительских правах, в изоляторе, где мы высиживали положенное время карантина, появилась незнакомка.
Одетая элегантно и со вкусом, она казалась существом иноземным, особенно на контрасте с персоналом приюта – простыми деревенскими женщинами.
Каролина тоже обратили внимание на диссонанс посетительницы с привычным миром и после минутного молчания, в течение которого мы рассматривали друг друга, вдруг спросила:
- Вы что - иностранка?
Та в ответ засмеялась так открыто и заразительно, что это даже не показалось обидным.
- Нет, - она ответила без малейшего намека на акцент – Но можете считать меня доброй феей. Меня зовут Анна.
Анна приехала с гостинцами и деловым предложением. Она честно призналась, что не собирается претендовать на место нашей мамы, чем сразу же сыскала наше расположение. Но зная, как тяжело домашним детям в детском доме, она просто не смогла пройти мимо нашей истории и хотела бы стать нашим опекуном. Разумеется, временно, пока наша мама не узнает о том, что нас забрали, и не приедет за нами. В том, что скоро она нас заберет, Анна абсолютно не сомневалась, что окончательно убедило в честности и порядочности нашей новой знакомой. Да и много ли детям нужно для доверия?
Согласие получено было молниеносно и с первым снегом мы отправились в новый, пусть и временный, дом. Дорога оказалась неблизкой – от социального центра, расположенного в областном центре, мы проехали на старенькой девятке чуть больше трехсот километров. После чего остановились перекусить.
Пока Анна делала заказ, Каролина вдруг спросила, ни к кому конкретно не обращаясь:
- Если она уверена, что мама скоро нас заберет, зачем увозить далеко? И откуда она вообще про нас узнала?
- Да ладно ты – отмахнулась я – она же сказала, что просто хочет нам помочь.
Вера молчала, кусала и без того потрескавшиеся губы и, казалось, лихорадочно думала чью сторону ей принять.
- Это все как-то странно, - гнула свою линию старшая.
Анна вернулась с неизменной ласковой улыбкой и подносом, на котором дымились тарелки с супом.
- Сейчас принесу чай, - подмигнула она
- Подождите – вскочила вдруг Вера – мне нужно…нам нужно позвонить.
- Что-то случилось? Кому ты хочешь позвонить, Верочка?
- Сестре. Я хочу, чтоб она знала куда мы едем.
- Хорошо, - согласилась женщина – я сейчас позвоню ей и скажу ваш новый адрес. Наверняка здесь есть телефон.
Анна отошла к барной стойке.
- Вот видишь! – заявила я, выражая в одной фразе и отношение к Анне и отношение к подозрительности сестры
- Если она скажет, что позвонила, значит мы в жопе – резюмировала Вера и Каролина согласно кивнула.
- Странные вы – я пожала плечами – а что нужно ей сделать, чтоб вы не думали о ней гадости?
- Спросить номер, - улыбнулась Каролина – Верка, ты – гений.
То ли Вера оказалась не гением, то ли Анна была слишком опытной злодейкой, но вернулась она с чаем и информацией о том, что в кафе нет телефона.
- Мы можем позвонить из таксофона – упрямилась Вера – или из другого кафе. Нам далеко еще ехать?
- Мы позвоним из дома – ласково, но твердо ответила Анна – заодно узнаете адрес. Приятного аппетита!
Что бы ни думали сестры, в машину они все-таки сели, хоть и с явной неохотой. Анна пыталась завязать непринужденную беседу, но, видимо устав от односложных ответов, сосредоточилась на дороге. Вера с Каролиной с подозрением поглядывали на Анну, отчего я чувствовала неловкость. Мне она по-прежнему нравилась, и я не понимала причины такой резкой перемены в отношении к ней. Лишенная возможности отойти подальше, я то и дело прикрывала глаза и в самом деле в какой-то момент заснула.
Проснулась в полной темноте. Шума двигателя слышно не было, зато под спиной обнаружился матрас.
- Вера! – позвала шепотом – Каролина!
Я позвала чуть громче, потом еще и еще. Никто не отзывался, а дверь, обнаруженная наощупь, оказалась закрытой снаружи.