Тайны "красного октября"
3.Бухгалтерия Русского бунта
Понятно, что ни одну революцию невозможно совершить без денег. Владимир Ильич Ленин понял это еще в 1903 году. Зная, что в партийной работе многое, если не все, зависит от денег, Ленин цинично использовал тех, кто приносил средства для его партии, независимо от того, каким способом эти деньги были добыты. И уже одно это делало революцию безнравственной и аморальной...
Основных источников «подпитки» революции было два: добровольные, точнее, полудобровольные или даже принудительные пожертвования, поступавшие от отдельных лиц. И экспроприации казенных денег, производимые большевистскими боевыми дружинами и родственными им группами в различных частях страны.
Финансовые романсы Буревестника
В одном из примечаний к 10-му тому 4-го, «очищенного» издания ПСС Владимира Ильича Ленина указывается, что газете «большую мате-риальную помощь» оказал Горький.
Хотя из собственного кошелька Горький, кажется, в газету ничего не вложил. Он был только влиятельным посредником. «Буревестник революции», умеющий петь завлекательным голосом, привлек для поддержки газеты купца Савву Морозова и Николая Шмита. Савва Морозов, кроме того, жертвовал деньги на политический Красный крест, на устройство побегов политзаключенных из тюрем (в организации побега большевиков из Таганской тюрьмы участвовала Мария Андреева, гражданская жена Горького), на литературу для местных большевистских организаций, закупал меховые куртки для отправляемых в ссылку, прятал у себя большевиков — Красина и Николая Баумана. С абсолютной уверенностью можно сказать, что без Андревой субсидий Морозова большевики бы не получали.
И даже когда Морозова лишили доступа к семейным деньгам, у него остался 100-тысячный страховой полис. Он и его отдал Андреевой, передавшей его большевикам.
После этого Морозов стал не нужен. И вскоре он был убит Красиным, а убийство большевики инсценировали под самоубийство.
И вообще, большевики оказались великими мастерами извлекать прибыль — с помощью сочувствующих им литераторов, артистов, инженеров, адвокатов — из карманов так ненавидимых ими буржуев. Большим «спецом» по этой части был уже упомянутый член большевистского Центрального комитета инженер Леонид Красин. Он был ловцом купеческих и банковских «бабочек», летевших на большевистский огонь, умевшим с легкостью вытягивать деньги и на вооружение, и на любые другие предприятия.
Фабрика страха
Большую помощь большевикам оказывал фабрикант Николай Павлович Шмит (Шмидт), владелец лучшей в России мебельной фабрики. Шмит тоже был членом династии Морозовых. Именно Морозов пред-ставил Шмита Горькому. Польщенный знакомством с известным писателем, Шмит через него начал помогать большевикам, давал им деньги, в том числе и на оружие. Полиция называла фабрику Шмита «чертовым гнездом» и после декабрьского вооруженного восстания, в котором активное участие принимали и сам Шмит, и его фабрика, арестовала хозяина.
Фабрика Шмита была разрушена правительственными войсками. Вот что пишет о Шмите Большая советская энциклопедия: «Видный участник революции 1905, примыкал к партии большевиков, студент Московского университета... Активно участвовал в подготовке декабрьского вооруженного восстания 1905; купил большое количество оружия, которым были вооружены шмитовская и некоторые другие боевые дружины. Дал московской большевистской организации (через М. Горького) крупные денежные средства на вооружение рабочих. В разгар декабрьского восстания Шмит был арестован... 13/26/11 1907 (после года с лишним одиночного заключения) Шмит был найден мертвым в камере тюремной больницы (по одной версии, он был зарезан тюремной администрацией, по другой - покончил самоубийством)».
Крупская как-то сказала: «Шмит перед смертью сумел передать на волю, что завещает свое имущество большевикам. Как это предусмотри-тельно, успеть составить завещание в пользу ленинской организации до того, как тебя зарежут!»
Не нужно обладать повышенной проницательностью, чтобы догадаться, что Шмита зарезала не тюремная администрация, готовая выпустить его на поруки, а люди, подосланные большевиками, уже имевшими в своем распоряжении подлинное или подложное завещание Шмита (превраща-ющееся в реальные деньги только в случае его смерти).
Как и Морозова, Шмита убили, а оставшееся после него завещание принесло в кассу большевиков куда больше, чем завещание Морозова.
И в конце 1908 года на текущем счете Ленина в отделении Credit Lyonnais, на Avenue d'Orleans, №19 в Париже появилось 510 тысяч франков, или примерно 190 тысяч рублей золотом.
«Поэзия»кавказских «эксов»
Особенно много криминальных элементов в социал-демократической партии большевиков были выходцами из Грузии. Эти являлись классическими уголовниками и занимались террором, экспроприациями, заказными убийствами, вымогательствами и другими преступлениями. Единственным отличием их от отпетых уркаганов было то, что они часть денег отдавали на «дело революции», а все «эксы» совершались под «соусом» революционной необходимости. Активными функционерами партии в этот период были Иосиф Джугашвили (Сталин), Серго Орджоникидзе, Камо и другие, многие из которых впоследствии стали партийными руководителями СССР.
Средства, полученные от преступной деятельности социал-демократов «кавказского разлива», стали в этот период основным финансовым ресурсом для центрального аппарата РСДРП во главе с Лениным.
Впрочем, этому удивляться не стоит: Владимир Ильич декларировал разбой и бандитизм как допустимую форму пополнения партийной казны для продолжения революционной борьбы. Он прямо заявлял о необхо-димости конфискации государственных фондов для нужд социал-демократов, а впоследствии вместе с Красиным и Богдановым организовал законспирированную группу «Большевистский центр» для обеспечения нелегального финансирования своей фракции. На практике данный Центр был организатором экспроприаций и различных форм вымогательства, как в России, так и в других государствах. Во всей Российской империи он занимался координацией грабежей почтовых служащих, вокзальных касс, поездов, устраивая для этого их крушения. Особенно высокая криминальная активность этого Центра была зафиксирована на Кавказе.
Наиболее известным исполнителем указаний Центра, совершившим множество разбойных нападений и экспроприаций, стал Симон Аршакович Тер-Петросян (Камо), которого Ленин якобы в шутку именовал «кавказским бандитом» (хотя шуткой здесь и не пахло — Камо и в самом деле был настоящим бандитом).
С 1905 года Камо при поддержке Красина (который осуществлял поставки оружия и взрывчатых материалов из Санкт-Петербурга) организовал ряд экспроприаций в Баку, Кутаиси и Тбилиси. Его первым делом стало разбойное похищение 7-8 тысяч рублей на Коджорской дороге около Тбилиси в 1906 году. В этом же году он напал на банк в Кутаиси и похитил 15 тысяч рублей, убив при этом трех человек.
"Гоп-стоп, мы подошли из-за угла"
Наиболее известным стало бандитское нападение на банковскую карету Государственного банка в центре Тбилиси на Эриванской площади (площадь Свободы) 13 июня ( по старому стилю) 1907 года. В результате нападения было убито и ранено более 12 человек и похижено около 250 тысяч рублей ассигнациями. Правда, по иронии судьбы этими деньгами преступники не смогли воспользоваться, так как номера похищенных купюр оказались предварительно переписанными в банке и были оглашены сразу после хищения А это исключало их свободную реализацию. Это жестокое преступление раскрыло глаза многим, особенно европейцам, симпатизирующим идеям социал-демократии, на криминальную сущность структур РСДРП и окончательно оттолкнуло их от этого движения.
Из различных исторических источников следует, что Камо и его боевики были обыкновенными бандитами, которые имели лишь элементарные знания о социалистической теории и практике. Они использовали политическую риторику лишь для прикрытия и оправдания своей криминальной деятельности. Эти люди привыкли решать все проблемы через насилие, которое рассматривалось как кратчайший путь для достижения цели и доставляло им истинное удовольствие.
Немаловажный факт: все крупные преступления, совершаемые бандой под руководством Камо, планировались непосредственно самим Сталиным или при его участии.
В то же время следует отметить, что Камо и его группировка не были анархическими бандами, а беспрекословно подчинялись Ленину. Так, один из его помощников Елисо Ломидзе, который никогда не встречался с Лениным, заявил, что цель всей его жизни достать 200-300 тысяч рублей и передать Ленину со словами «делай с деньгами, что хочешь». Такого мнения придерживались и другие члены преступной группировки.
Ленин был в курсе всех планов своих сообщников, и в том числе амбициозного плана Камо — Красина, предусматривавшего нападение на Государственное хранилище денег, в котором хранилось до 15 миллионов рублей в слитках и купюрах. Из-за большого физического веса ценностей похитители намеревались вынести только около 4 миллионов рублей, а остальные активы уничтожить. Такая сумма обеспечила бы безбедное существование партии большевиков в течение 4-5 лет. Камо предполагал, что в процессе реализации этого плана будет убито не менее 200 человек, и он был готов к этому Однако зловещему замыслу так и не суждено было свершиться, так как в конце 1907 года полиция в Германии, благодаря своевременной информации агента, арестовала Камо и других участников заговора.
Кроме террора и разбойных нападений, организованные политико-криминальные группировки того времени часто прибегали к вымога-тельствам у владельцев ломбардов и мелких предприятий. Так, вооруженные лица по приказу Сталина распространяли среди мелких предприни-мателей в Баку специальную петицию с требованием делать вклады на нужды Бакинского Комитета большевиков, то есть занимались, по сути, завуалированным рэкетом.
«Забугорные» меценаты
Большевики не только брали деньги у отечественной буржуазии, они не стеснялись побираться у иностранных государств.
Так, на японские деньги и с одобрения японской разведки и генштаба осенью 1904 года в Париже проводилась Конференция революционных и оппозиционных партий (а в 1905 году — Женевская конференция). В мае 1904 года на японские деньги Ленин и Владимир Бонч-Бруевич открыли первое большое социалистическое издательство, начавшее поставки в Японию пораженческой социал демократической и эсеровской литературы для пленных русских солдат.
Между Русско-японской и Русско-германской войнами, начиная примерно с 1909 года, революционеры сотрудничали главным образом с Австро-Венгрией. Сотрудничество шло по двум направлениям. Основное — через военную разведку австрийского генштаба. Вспомогательное — через МИД Австро-Венгрии.
После начала Первой мировой войны военная разведка Австрии передала контакты с революционерами немецкой разведке.
В годы Первой мировой войны, будучи неразборчивым в средствах и всегда подчиняя их цели, Ленин через посредников вступил в контакт с представителями германского правительства, в том числе с членами немецкого МИДа, военными ведомствами и органами разведки.
Германский социал-демократ Эдуард Бернштейн, занимавший одно время пост заместителя министра финансов в германском правительсвте, указал на связь с немцами Ленина: «Ленин и его товарищи получили от кайзеровской Германии огромные суммы. Я узнал об этом еще в конце декабря 1917 года. Через одного друга я осведомился об этом у некоего лица, которое вследствие своих связей с различными учреждениями должно было быть в курсе дела, и получил утвердительный ответ. Правда, тогда я не знал размера этих сумм, и кто был посредником при их передаче. Теперь я получил сведения от заслуживающего доверия источника, что речь идет о суммах почти не правдоподобных, наверняка превышающих 50 миллионов немецких золотых марок, так что ни у Ленина, ни у его товарищей не могло возникнуть никаких сомнений относительно источников этих денег».
Видимо, Бернштейн несколько занизил сумму. В архивной записи фонда Красина в Международном институте социальной истории в Амстердаме указывается 60 миллионов марок.
За эти деньги Ленин отдал Германии по Брестскому договору территории общей площадью 780 тысяч квадратных километров с населением в 56 миллионов человек (треть населения Российской империи), где до революции находилось 27% обрабатываемой в стране земли, 26% всей железнодорожной сети, 33% текстильной промышленности, выплавлялось 73% железа и стали, добывалось 89% каменного угля, находилось 90% сахарной промышленности, 918 текстильных фабрик, 244 химических предприятия, 615 целлюлозных фабрик, 1073 машиностроительных завода и, главное, 40% промышленных рабочих, которые уходили теперь «под иго капитала».
Благодаря политическому «гению» Ленина территория России после победы большевиков стала меньше, чем в допетровскую эпоху. Понадобились годы и тонны человеческой крови, чтобы хоть как-то восстановить то, что революция разрушила одним взмахом своего алого кумача.