Посвящаю гражданке Сысуевой Панкратии Парамоновне, приёмщице приёмного пункта стеклотары при продовольственном магазине номер тридцать восемь, в просторечии среди проживающего окрест населения именуемого «Болотный». Но это не тот «Болотный», который рядом с пивной, а тот, который ближе к помойке.
Эпиграф:
"Кориандровая» действует на человека антигуманно: укрепляет члены, но расслабляет душу"
(Венедикт Ерофеев, поэма «Москва-Петушки»)
Снова я гуляю по бульвару,
Снова наблюдаю воробьёв,
А за ними носятся кошары,
А за ними носится Уёв.
Это мой товарищ драгоценный.
А Уёв — фамилия его.
А зовут Уёва Нил Трофимыч.
Нет в его названьи ничего,
Чтобы, восхищая, предрекало
Мускулисто-мужескую стать.
Больше он на глИстию похожий,
Что внутри кишешника опять
Может расплождаться-размножаться.
Ну, куда ему до воробьёв!
Воробьи стремительно летают,
А не то, что этот хрен Уёв.
Вот опять он в луже поскользнулся
И воткнулся ж.помом в забор,
И от смеха тут же затряслися
Все берёзы и сосновый бор,
Люди же попадали со смеху.
Вызывает это оторопь.
Их цинизм совсем уж беспределен.
Их самих бы мордой об забор!
Помогу подняться я Уёву,
Балалайку с грязи подниму,
И обнявшись, мы пойдём по свету
Вдоль реки в загадочную тьму.
А листва совсем уж облетела,
Воробьи умчалися на юг.
Мы идёт осеннею порою,
И плывёт вдоль берега утюг.
Пусть плывёт, гнилая железяка.
Скоро речку льдом скуёт мороз.
И когда воткнётся носом в берег,
Не услышат люди горьких слёз.
Что исторгнет эта железяка,
И её растопчут рыбаки,
Что с пешнями и палёной водкой
На рыбалку сядут средь реки…