В романе Дюма "Двадцать лет спустя" мушкетеры получают от Гримо, слуги Атоса известие о том, что сын Миледи, Мордаунт убил бетюнского палача, а перед этим, притворяясь монахом, на исповеди узнал, что в казни его матери участвовали четыре француза в мушкетерской одежде.
Для троих из мушкетеров сын Миледи - "змеёнышь", "ехидна", "ублюдок миледи". И поймав Мордаунта в доме Кромвеля, все наперебой стремятся сражаться с ним первыми. Все - кроме Атоса, графа де Ла Фер.
Почему Мордаунт выбирает первым противником именно графа де Ла Фер, я рассуждал здесь:
Но почему Атос не хочет убивать Мордаунта?
Атос не дает Арамису выстрелить в Мордаунта при их первой встрече.
Граф де Ла Фер не желает драться с Мордаунтом на дуэли в доме Кромвеля. Атос один из всех мушкетеров, когда Мордаунт ускользнул через потайную дверь - испытывает ... радость!
Атос хочет спасти из последних сил плывущего Мордаунта, хотя тот только что чуть-чуть не взорвал мушкетеров.
И только когда деваться уже некуда, Мордаунт выбрасывает Атоса из лодки и пытается его утопить - граф использует кинжал для единственного смертельного удара.
"Это не я его убил - это судьба".
Итак, спор Атоса с друзьями ДО того, как Гримо сообщил о Мордаунте.
Граф де Ла Фер в ответе Арамису на его "мы орудия в руках божьих", говорит про свободу воли.
Вот! Атос всегда свободен в своём выборе! За редким исключением - о котором ниже.
Далее - граф де Ла Фер прекрасно помнит, что у Миледи родился сын:
"- У нее был сын, - произнес Атос.
- Да, да, я помню, - отвечал д’Артаньян, - вы сами говорили мне о нем. Но кто знает, что с ним сталось. Конец змее, конец и змеенышу. Не воображаете ли вы, что лорд Винтер воспитал это отродье? Лорд Винтер осудил бы и сына так же, как осудил мать.
- В таком случае, - сказал Атос, - горе Винтеру, ибо ребенок-то ни в чем не повинен".
Атос верит в основные постулаты католической церкви: достичь спасения можно только добрыми делами, кто их не делает, преследует невинных - спасения не получит, как бы он в бога не верил.
Поэтому Атос ОДИН из всех мушкетеров относится к Мордаунту, сыну Миледи, нейтрально. Сын не отвечает за мать.
При известии от Гримо все друзья бросаются к шпагам. Атос же сначала спрашивает Гримо - видел ли Мордаунт Рауля? Только то, что Рауль сам привёл Мордаунта к умирающего палачу влияет на выбор Атоса тоже взяться за оружие. Между своим сыном и сыном жены граф выбирает Рауля, которого граф воспитывал САМ.
Атосу было бы горько, если бы возмездие Мордаунта коснулось Рауля. Дети в понимании графа за родителей не отвечают.
Таким образом:
1. Мордаунт невиновен в том, что у него была такая мать
2. Рауль тоже невиновен в казни мушкетерами Миледи
3. Атос пытается защитить РОДного невиновного от НЕ родного.
Вот в этом выбор ЧЕСТИ графа: щадить Мордаунта, который ПОКА ему лично ничего не сделал. Жизнь же виновных в казни Миледи, в том числе свою собственную, Атос не ценит так высоко, как безусловное право Мордаунта на возмездие, кровную месть.
По дальнейшему ходу романа Дюма Атос получает неоднократные проявления божьей воли, свидетельствующие о том, что от столкновения с Мордаунтом не уйти: тот неожиданно появляется на его пути при всех попытках спасти английского короля Карла. Но граф до последнего верит в то, что его выбор щадить невиновного Мордаунта - выше божьей воли, выше жизни всех виновных в судьбе Мордаунта:
жизнь - королю, честь - никому!
И только уже убиваемый Мордаунтом Атос выбрал жизнь - ради РОДного сына.
Потому что долг дворянина, защищающего принципы королевской власти (в разговоре с Раулем в королевской усыпальнице Сен-Дени Атос говорит ему о выборе именно принципа, а не личности конкретного короля) - передать эти принципы своему сыну. Это единственное, что в понимании графа де Ла Фер выше принципа свободного выбора католиков, выше рыцарского принципа защиты невинных.
Потому что РОД должен продолжать быть ответственным за судьбу родины.