Нас на юбилей в ресторан пригласили. Идти не хотелось. Но из уважения к юбиляру, ценя старую дружбу, пошли.
Визит для нас был хлопотным. Выходные наряды устарели, от моды мы отстали. В результате многочисленных примерок, при посещении нескольких магазинов, муж приобрёл новый костюм, а я молодёжные брюки и джемпер с сиянием. Туфли подобрала из старых запасов. Главное, удобно.
Долго выбирали подарок, ничего не нашли достойного нашего друга. Решили подарить деньги в конверте.
В назначенный день пришли в ресторан, расселись за праздничные, с белоснежными скатертями столы. Встретили много давних знакомых, которых не видели много лет (какие старые стали). Сидим дружно и ведём скучную беседу. Выпили пока по одной, закусок много. Я мысленно составляю меню для своего желудка, что бы не объедаться салатами, оставить место для горячих блюд, чая и пирогов. Ещё ведь и потанцевать захочется после третьего бокала вина. Будь осторожна, говорю себе строго, не наедайся.
И тут заходит ОНА. Под руку её ведёт мужчина невысокого роста, но элегантно одетого, с хорошей стрижкой.
Пожалуй, ЕЙ нужно посвящать одну длинную главу в книге.
Я не смогу написать так, как Александр Куприн описывал Суламифь, но я попробую. Без зависти (клянусь), но с восхищением. Красивые, необычные женщины, всегда меня потрясают. Читайте и воображайте.
В зале ресторана сразу разлилось такое мужское желание, что его можно было потрогать руками, унюхать и взять в долг на ночь. На минуту, казалось, замолчала музыка, дамы застыли не моргая. Вилки и ножи превратились в фаллические символы.
И не торопите меня с описанием, я волнуюсь, что бы не пропустить нюансы!
Во-первых, потрясали её бёдра. Нет, это были не бёдра, это была большая и красивая .опа. Да,именно .опа. Обтянутая чёрной юбкой до колен, она туго колыхалась и невероятно привлекала внимание. Большая такая, крепкая, незабываемая.
Грудь пятого размера под белой шёлковой блузкой, всё ещё стремилась к совершенству, была приятна глазу, заметна, молода и просилась в мужские руки.
Талия гармонично вписалась между грудью и бёдрами.
В ушах её, что-то мелко сияло и отражалось в глазах. Казалось, что глаза сверкают.
Кто-то тихо запел: "Ах,какая женщина..."
Стройные длинные ноги умело и уверенно шли неземной походкой. Естественно, на ногах были классические туфли-лодочки на тонком высоком каблуке. Она имела высокий рост, туфли приподнимали её на царский пьедестал.
Чёрные волосы до пояса, тёмно-красная помада на губах, на розовых щеках тень от ресниц. У неё был великолепный профиль (с появлением её профиля, Нефертити перестала быть эталоном женской красоты) и она это знала. Она знала всё о своей красоте. Она питалась энергией восторга.
Я почти услышала как у соседа за столом справа булькнуло в горле, муж мой тихо произнёс: "Ух,ты !.." и на этот раз я была с ним согласна.
Где-то упал нож, звонко разбился бокал, из ресторанной кухни донёсся стон - что-то "родилось" в кастрюле или на сковороде.
Пара прошла к столу и Она величественно села, спина прямая. На мужчину никто не обращал внимание, он был как бы здесь, с ней, но пропадал на её фоне. Отодвигал стул, подвигал стул, предлагал меню, тихо улыбался и всё-время боялся, что её уведут, отберут у него. И, одновременно, был сильно горд, что эта красавица рядом с ним.
Она отужинала и так же торжественно, под восхищённо-желающие взгляды, покинула зал. Сначала нам стало скучно и грустно без неё. Как - будто мы оказались без источника света и радости. А потом, мы обсуждали её красоту. Восхищались. Мужчины наши были особенно игривы в этот вечер и, одновременно, задумчивы, как-то они сумели совместить эти эмоции.
Фото из открытых источников Интернета.
Ваша Мона.