И снова книжная подборка. В этот раз обсудим тексты, где действуют характеры, которые по какой-то причине принципиально не приемлют насилие. Примеров набралось очень много, поэтому статью мы решили разделить на две части.
Карась («Карась-идеалист», Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин)
Герой одноименной сказки-притчи русского сатирика XIX века. Карась считает, что других рыб можно перевоспитать в том духе, что они перестанут есть друг друга. Верит, что никакого социального зла не существует и считает, что даже Щука может измениться. Что характерно, ради своих убеждений готов пожертвовать жизнью.
У писателя карась был метафорой бесправности и забитости низших слоев населения, которым остается лишь смирно надеяться на перемены, которые якобы произойдут сами собой. Возможно, Щедрин в некотором роде предвидел появление толстовства и Махатмы Ганди.
Все нормальные роботы («Остров Ржавого фельдмаршала», Кир Булычев)
Соль повести построена на том, что современные Алисе Селезнёвой андроиды поголовно имеют пацифисткую прошивку, которая не позволяет им абсолютно ничего противопоставить старорежимным боевым роботам.
Тех, халатно не выведя из строя, отправили на переплавку. Однако баржа потерпела крушение и так случилось, что опасные для человечества машины вырвались из под контроля.
Майках Саймон («Специалист по этике», Гарри Гаррисон)
Галактического преступника, благородного жулика Язона Дин Альта в самом начале этого романа захватил в плен представитель радикально пацифистской секты по имени Майках (очевидно, Михей) Саймон. Вот только волей случая их обоих забросило на планету, где миллионную кочевую общественность, пребывающую на раннесредневековой стадии развития, контролирует местный аналог Чингисхана. И в этой незавидной ситуации морально-этические принципы Майкаха буквально камнем на шее повисают у его напарника поневоле (и, кстати, неоднократного спасителя) Язона.
Любая Страж-птица из одноимённого рассказа Роберта Шекли
Полуразумные автономные летающие дроны, который создали вроде бы с абсолютно благородной целью — предотвращение насилия на улицах. Вот только что-то пошло не так и роботы после ликвидации уличной преступности как явления насилие стали трактовать расширительно. Теперь и врач, делающий хирургическую операцию и человек, убивающий назойливую муху, равно могут стать их целью.
Иешуа га-Ноцри («Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков)
Именно радикальный пацифизм одна из причин, по которой персонажа все же не получается отождествить с евангельским Иисусом. Последний и плеткой регулировать порядок в храме не стеснялся и о себе говорил «Не мир я принёс вам, но меч». Возможно, что Булгаков этим своим образом косвенно подколол Льва Николаевича Толстого и его последователей (толстовцев), которые примерно так же сделали попытку выкинуть из Евангелий мистику с чудесами и оставить только мораль.
Спасибо, что дочитали! Если вам понравилось или показалось полезным это чтение, то ставьте лайк и подписывайтесь на наш канал. Это поможет алгоритмам Яндекса показывать вам больше материалов на близкие темы.