Существует категория людей, стремящихся "выехать на халяву". И не важно, что потом-то это стремление против них же и обернется. Главное, чтобы сейчас, побольше, да полегче...
Устроилась я как-то на работу в ближайший город.
И так сложились обстоятельства, что квартиру, которую я снимала с подругой, выставили на продажу. Запросили восемь миллионов за трешку, поэтому мы особо и не переживали, жили себе после окончания действия договора, не тужили. Ну и соответственно в один прекрасный момент, нам сказали собирать вещи и съезжать.
У подруги родительский дом под боком, она, конечно, туда, а я, не найдя другого выхода, переехала жить в квартиру, которую предлагал офис. Естественно, что всех кто там проживает я уже хорошо знала, дабы работала там не первый месяц. Ужины у нас проходили в основном за мой счет, так как я зарабатывала больше всех остальных.
Квартира была трех комнатной.
В одной я проживала со своим молодым человеком, в другой, наш друг Сергей, в третьей, еще один коллега, тоже наш приятель, Никита, но не на столько близкий.
Возвращались все с работы в разное время, кто ехал первый, тот и брал ключи. Как-то я приехала домой со своим молодым человеком и была очень удивленна, что Сережа приготовил куриные ножки, а мы, конечно же, против ничего и не имели.
Пировали мы всегда в нашей комнате, потому что она была самая большая в квартире. Сидим мы втроем, чревоугодничаем и слышим, домой пришел Никита. Сходил в душ и пошел в комнату. Мы сразу поняли, что он ничего не ел, поэтому между Сережей и Никитой произошел такой диалог:
- Никит, там в холодильнике куриные ножки, можешь взять, только не наглей, возьми одну-две.
- А чьи это ножки?
- Твои блин!
- Ну серьезно, чьи это ножки?
- Никит, я сказал, можешь взять две!
- Ладно, спасибо большое.
Из комнаты мы услышали, как Никита пошел на кухню и начал разогревать ножки.
Спустя некоторое время раздался одобрительный сигнал микроволновки, а в следующую секунду мы услышали звон разбивающийся тарелки. Всей компанией мы выбежали на кухню. Там, на полу, лежал Никита, а рядом валялись разбитая тарелка и куриные ножки. Их было три штуки, хотя Сережа разрешил взять только две.
Ну и ладно бы только это, падая, Никита ударился рукой об стол и сломал ее в запястье. А упал он потому, что когда клал третью ножку на тарелку, она у него выскользнула и упала на пол.
Никита не брезгливый, поднял ее, и в тарелку. А когда вытащил тарелку, наступил на то место, куда упала ножка. И подскользнулся.
Вот так судьба наказала Никиту за его жадность. Правда, тот, не долго думая, пошел в ванную и помыл ножки, снова погрел, после чего сел их уплетать, как ни в чем не бывало и не обращая внимания на боль в руке. А на утро рука у него распухла сильно, пошел в бoльнuцy и peнтгeн показал nepeлoм. А мы втроем теперь не можем спокойно их есть, постоянно вспоминаем ту историю, а еще со спокойной совестью не зовем его с собой и ничего не оставляем и не предлагаем.
Халявщики должны знать свое место.