Глава 1
Глава 2
Глава 3
Нина подвинула к дверному проему тяжёлый трехногий табурет, с опаской влезла на него и отдернула занавески из полосатой ткани. С полатей дохнуло на неё сухой затхлостью, она запустила руку в тёмное, шуршащее бумажными кульками нутро и вынула оттуда свою туфлю – бежевую, с пряжкой на мыске.
⠀
Сердце ухнуло вниз, Нина выронила туфлю, схватилась за живот, чуть не хлопнулась с табурета. Ульяна хрипло рассмеялась:
⠀
– Слазий, слазий. Ну схитрила я, каюсь. Скажешь: ворожба? Ан нет! Сама ты ко мне пришла. Вздумала в игрушки поиграться? Да только ниточку-то я схватила, не выпущу больше. Подходящую-то душу привязать можно за что угодно, хошь за одёжку, хошь за обувку. Не боись, не во вред это, не во вред…
⠀
Нина сползла вниз, держась за стену. Она хотела бежать на улицу, к Андрею, но не могла пошевелиться. Как муха, нечаянно, глупо угодившая в паутину, не в силах была она совладать с полупрозрачными нитями, пеленающими её, лишая воли, силы, разума.
⠀
И тут Ульяна поманила её пальцем. Нина, раздвигая ладонями ставший крахмально-жидким воздух, послушно шагнула вперёд, села на постель, наклонилась, а бабка вдруг крепко-накрепко обхватила её за поясницу. Нинка дернулась было, да и обмякла куклой.
⠀
Ульяна выпростала из-под перины вторую руку, сложила пальцы щепотью, заговорила быстро-быстро:
– Слушай слова мои, младенчик. Не могу я передать всю силушку, мала ты совсем, девонька, не выдержишь, сбежишь обратно, покинешь материно чрево. Но слушай.
Она, кряхтя, приподнялась с подушек, усадила потверже Нинкино тело, и уже обе ладони поместила ей на слегка выпирающий живот. Прикрыв глаза, затянула-запела:
⠀
– Не встать мне больше, рабе Божией Ульяне, не выйти мне, благословясь, во чисто поле, под красное солнце, под светел месяц, под частые звезды. Вскорести встану я, раба Ульяна, перед иным престолом, горниим. Облаками облачусь, небесами покроюсь, подпояшусь рассветными зорьками… Праведное солнце, отче наш! Твердь небесная, матушка! Сыра земля, сестрица! Напоследок прошу вас: благословите младенца во чреве этом – корни копати, цветы урвати, травы сбирати!.. А на что их сбирать будет, было б то роду человечьему пригодно! Аминь, аминь, аминь…
⠀
Андрей нашёл Нину на полу возле бабкиной кровати, увёз в Черёмушки, в больницу, всё обошлось благополучно, но на похоронах её не было.
Из-за горя в семье, траура, снова не получилось со свадьбой, не положено так. Решили повременить: расписаться и после родов можно.
⠀
Как на грех, на поминках бабки Ульяны, на сороковинах, кто-то из куртюльских пустобрехов возьми и скажи Анне Сергевне, мол, Нинка-то ваша, интеллигентка, с залётным бригадиром путалась. Оба посёлка всколыхнулись, смакуя скандал. Разругались все – Нина с Андреем, он с соседями и с матерью – вдрызг, до угроз, до истерик. В итоге Нина собрала чемодан и уехала – за тысячи километров, к родителям.
⠀
Там, в городе, который с двух сторон окружен болотными топями, где в помине нет ни кедров, ни избушек, ни бабушек-ведуний, родилась у Нины девочка.
Назвали её немодным именем Люда.
Людмила.