История страны, как история одного человека. История одной семьи, как составляющая истории всей страны. Без претензии на всеобъемлющий охват истории повествование в форме интервью с моей мамой достигшей весьма почтенного возраста в нестрогом хронологическом порядке с отступлениями и размышлениями на вольные темы. Здесь начало истории.
Мама, оккупация продлилась 2 года. Как вы жили в это время? Расскажи подробнее.
Колхоз продолжал работать. При немцах также была норма трудодней. За трудодень выдавали 135 грамм ячменя. Но техники никакой не было, лошадей тоже почти всех забрали на нужды армии. Если и остались какие, то такие, что уже и плуг не потянут. Что-то удавалось все-таки вспахивать, остальное копали лопатами. Производительность была очень слабая. Но голодовки не было. Немцы не могли контролировать такую территорию. Один немец на несколько сёл прокатится на бричке по полям, кнутом помашет, а уехал, селяне урожай и растащили. Полицаи, должны бы беречь, но оно и им было не надо. Партизаны опять же. Не знаю, как в других селах, но наш колхоз отдавал немцам мало. Иногда привлекали на общественные работы. Дороги то у нас были грунтовые, немцы привозили щебень и выгоняли селян разбрасывать по дороге. Наверно даже что-то платили за это. Но, конечно, жизнь была не сахар. Мужчины на войне, известий от них никаких. В 1942 году мама родила моего брата. Он отца никогда не видел, и отец так и не узнал, что у него появился сын. Сыну младшей тёти исполнилось только 2 года, а у старшей тёти дети были повзрослей. Но тут возникла другая проблема, как избежать угона в Германию.
Дальше приведу рассказ маминой двоюродной сестры, который я слышал, когда она приезжала в город.
В 1942 начали набирать людей для работы в Германии. Сначала агитировали, обещали прекрасную жизнь, высокооплачиваемую работу. Добровольцев не было, стали забирать принудительно. Прислали повестку - явиться на медкомиссию в город. Дед собрал торбу со съестными припасами и поехал со мной. Как-то он там договорился с доктором, дали мне отсрочку. Как-то - это за взятку. Но прошло несколько месяцев и снова повестка. Опять дед откупился. Но к осени 42-го пришла третья повестка. Дед позвал меня, говорит: "Мог бы ещё откупить, но тогда три семьи будут зимой голодать, а там дети малые. Тебе уже 18 лет, поезжай в Германию, не съедят тебя немцы." Оно, конечно, обидно было, а с другой стороны и деда понять можно. Поехала, хорошо попала не на завод, а к хозяину, отработала два с половиной года на ферме. Жалеть меня не жалели, где и обзовут, где и накажут. Но не съели. Как война закончилась, вернулась домой, почти всю дорогу пешком от самой Германии до востока Украины. Теперь вот мои бывшие хозяева прислали денег за работу 50 лет назад, приехала в город получить в банке.
В 90-ые годы уже после объединения Германии раскаявшиеся немцы выплачивали компенсации остарбайтерам за работу во время войны. Часть денег платило государство по общим спискам, а ещё сознательные немцы могли заплатить лично тому, кто у них работал. Мамина двоюродная сестра приезжала именно за этой персональной выплатой. И меня поражает немецкая пунктуальность, ведь нашли же через 50 лет кто и откуда работал у них.
Мама, а много ли людей из села было угнано на работу в Германию?
Точной цифры я не знаю, но много. В основном молодёжь. Парни были на фронте в Красной Армии, а девушек отправили в Германию. Многие работали на заводах и потом, в конце войны, попадали под бомбёжки. После войны многие вернулись, но не все. Кто погиб, а кто и вышел замуж.
Советская власть не очень привечала тех, кто был в Германии на работах. В анкетах долго присутствовали графы: "Были ли во время войны на оккупированных территориях?" и "Были ли во время войны на работах в Германии?" Явной дискриминации не было, но при прочих равных, ответы "Да" уменьшали шансы на занятие каких-то должностей. Женщины оставшиеся в Германии и других странах Европы на долгие годы были лишены возможности приехать на Родину. Хотя уже в 70-ые годы в Бельгии я встречал женщин с двойным гражданством - бельгийским и советским. Существовало общество "Советские граждане в Бельгии". Около 2000 женщин во время войны вышли замуж за бельгийцев, наверно уже в брежневские времена восстановили себе советское гражданство и свободно ездили к родственникам в СССР.
Продолжение здесь. Понравился материал, поощрите автора лайком. Подписывайтесь на канал. Комментарии приветствуются.