Есть что-то завораживающее в сочетании ветра и моря. Наверное, это - волны. На них можно смотреть часами, если бы не песок, который несётся в вас со скоростью и безжалостностью миллиардов кремниевых мини-метеоритов: повернись и сразу получишь в морду.
Поэтому редкие и самые стойкие отдыхающие отдыхают короткими заплывами к Морфею "до буйков и обратно", расслабиться надолго в такой день трудно. Но это - долг каждого отдыхающего.
Приходится всё время уворачиваться. От солнца, которое уже поджарило правый бок, и самое время ослабить огонь и, добавив соли, переворачиваться и подставлять левый. От прибоя, который крадется незаметно, от наглых чаек и тинэйджеров, от скуки и мыслей, но прежде всего - от ветра.
Ветер носит по пляжу чьи-то зонты, кульки, детей и брызги, мячи, песок, хлам, крики и грохот прибоя и всё это постоянно взаимодействует с вами, задевая вас и ваши чувства в своём хаотичном движении.
Поэтому отдыхающие немного похожи на солдат в окопах, причем можно сразу угадать откуда семьи: французы строят баррикады, немцы роют рвы и сооружают сложные конструкции из пуленепробиваемого брезента, итальянцы с материка прячутся за громоздкой тещей/тетей/бабушкой, которую привезли с собой наверное именно с этой целью, а русских можно отличить как обычно по напряженной физии, по плавкам-аля-натурал и неимоверной блондинке в комплекте со всем что полагается там где надо в нужных пропорциях, что на секунду выключает вам пейзаж, но потом глаза привыкают и ослепительная блондинка плавно интегрируются в радужную композицию, немного затмевая пожилых и почему-то квадратных итальянок на фоне, но создавая приятный контраст на переднем плане, затемняя и гася второстепенные тона и оставляя только основные и яркие. С ней два белобрысых ангелёнка с русыми завитушками, муж фотографирует их и сразу становится понятно почему на иконах так часто отсутствует отец семейства: кто-то же должен держать объектив и небесный свод, а земную твердь и детей она сама удержит.
Ухватиться на пляже решительно не за что, кроме разве что стойких и стабильно вездесущих мускулистых африканских продавцов хлама. Но они постоянно смазывают тело пóтом из специальных желез в бровях и потому ужасно скользкие; но тех, кто умудрился на них повиснуть, тут же надувают, нагружают хламом и пускают по ветру, повязав еще на прощанье какой-нибудь браслетик, наверное, чтобы не сразу сдулись. Они - профессионалы-бедуины и ветер с песком - это их стихия.
Представьте себе того же продавца хлама на пустынных пляжах Империи К-19: у него никогда не было часов за ненадобностью, он измеряет время чем хотите: столетиями, богами, Империями, звёздами, войнами и эпохами и меняется только сам по себе хлам, ведь люди, море и песок остаются прежними, но зато чередуются веры и моды и он - вечный официант духа приносит нам обычно только то, что заказывали. В эти дни они в масках, но готовы приспособиться под любую реальность, готовы к любой дифференциации цветов и гаджетов, валют и ценностей. Истинные служители веры в хлам: хламовники и хламплиеры, они как гигантская колония муравьёв, которые бесконечным караваном тащат свои тюки и стенды из прошлого в будущее, куда устремлены всем муравейником, ведь настало их время. Время Хлама.
Ветер же - он ненадолго, если maestrale, то дня на три. Порой мне кажется, что ветер на этом острове заменяет течение времени и если бы его не было, ничего бы не двигалось само по себе.
И нужно успеть, пока ветер и время, песок и море не сточили до основания и эту эпоху. Особенно в ветреные дни здесь самая движуха и когда как не в это время северных ветров кидать деньги на ветер и собирать их буквально их ветра.
© Авессалом Остров для Окна в Италию.
(рисунок старый)
