Находясь на излечении на 8-ом этаже больничной палаты, я с первого дня обратил внимание на то, что словно по расписанию несколько голубей прилетают и садятся на окно. Происходило это ежедневно, в одно и тоже время- около девяти , четырнадцати и девятнадцати часов. Согласно, распорядку дня больницы, именно в эти часы были завтрак, обед и ужин.
Однажды, окончив прием пищи, у меня остался ломтик черного хлеба. Именно в этот момент на откос окна прилетели несколько голубей. Они осмотрели палату и начали разговаривать о чем-то своем. Я подошел к окну, отрыл его, но все птицы улетели. Я покрошил ломтик хлебушка на окно и закрыл его. Спустя мгновение птицы вернулись и приступили к трапезе. Окончив прием пищи, голуби улетели по своим насущным делам.
Около девятнадцати часов вечера того же дня, стая голубей вновь прилетела на окно. На этот раз пернатые собрались поужинать. Они не улетали до тех пор, пока я снова не открыл окно и не покрошил им хлебушек. Только после трапезы птицы вновь улетели.
Голуби продолжали прилетать каждый день, только при этом они стали более смелее. Присутствие птиц приносило мне радость в момент нахождения на больничной койке.
Я подумал, а почему бы мне не приручить одного из голубей? Теперь я сменил тактику кормления голубей. Заранее, перед их прилетом я приоткрыл окно и насыпал дорожку из крошек ведущую в палату. Когда голуби прилетели, то только один из них осмелился войти вовнутрь и отведать лакомство, остальные же находились снаружи.
Спустя пару дней проведения подобных кормлений, тот голубь без какого-либо страха заходил в приоткрытое окно и даже кушал из моих рук, а его трусливые товарищи сидели снаружи.
Как говорится – дурной пример заразителен. Многие пациенты соседних палат также стали подкармливать голубей с надеждой, что возможно и у них голубь начнет кушать из рук.
Я общался с голубем и придумал ему прозвище- хохлатый потому, что у него на голове был серенький хохолок. Наша дружба продлилась около десяти дней, после меня выписали из больницы, а хохлатый, наверное, нашел себе нового друга, который также его подкармливает из своих рук.