В том окне всегда долго не гас свет. Далеко за полночь, на темном фасаде дома окно настойчиво светилось. Сквозь светлые прозрачные занавески, всегда маячил силуэт невысокого, согбенного мужчины. Было видно, что был он не молод и одинок. Он сидел за большим столом, и согнувшись, что – то старательно писал. Иногда вставал, зажигал свет, шел на кухню, и капал что – то из склянки в круглую чашку. Потом возвращался , и снова не поднимая головы писал. Казалось, что от тех слов, что он напишет, зависит что- то чрезвычайно важное, касающееся его дома, его семьи, его прошлого и будущего.
«Здравствуй, сердечный мой друг Николай! Пишет тебе твой фронтовой товарищ Василий. Сейчас ночь. Все спят. Мыслям в голове просторно. Ты же помнишь, мы и на фронте часто домой писали ночью. Мечтали, чтобы нас дождались. А теперь вот, ждать некому. Жену схоронил, дочь навещает не часто. Как бы было хорошо нам с тобой встретиться. Вспомнить нашу фронтовую молодость. Хоть и тяжело было и страшно, но ты никогда не унывал. Откуда только шутки брались? Бойцы возле тебя соберутся, хохочут, сдвигая пилотки на затылок. Помню твою присказку: «Кто с шуткой на фронте живет, того пуля обойдет». Так и было, почитай всю войну. Сколько мы с тобой верст отмахали. С автоматами, вещмешками, без воды, без еды. Как ты меня раненого на себе тащил. Под пулями. По-пластунски. В госпитале говорили «В рубашке родился». А это ведь ты меня спас». А я вот не смог… Мы тогда через лес бежали. Накрыли нас немцы, отстреливаться было нечем... Кругом овраги, болото. Мы стоим по пояс в воде. Дым кругом…
И вдруг вижу, ты наклонился, голова запрокинута, а из кармана гимнастерки кровь струится. Кисет достал, еле слышно сказал. «Возьми на память, мать вышивала».
Не смог я тогда тебя спасти. Помню как по воде катался, мокрый, грязный и выл от боли и обиды.
Но я тебя не забыл, друг мой дорогой. Ты был и остаешься мой самый верный товарищ. Дороже тебя никого у меня на свете нет».
С минуту старик посидел обхватив голову руками, а потом устало пошел спать. Долго кряхтел, ворочался, вздыхал.
А в комнату тихо вошел рассвет. Осветил простую обстановку комнаты. Круглый стол, на котором лежали аккуратно сложенные конверты без адреса и полинялый кисет, с вышитой красными нитками буквой «Н».