Сегодня, получив с утра "милое послание" от доброй женщины с ником "снежный человек", я решила, что возьму выходной. Одним афобазолом сыт не будешь. А Питер с утра плачет дождем.
Но я люблю вас, друзья мои, поэтому решила выложить для вас еще один кусочек из новой книги. Из моих "Художников".
«Вороне как-то Бог послал кусочек сыра»
Ворона (обходя кусок со всех сторон): До старости еще далеко, а чувствую я себя с каждым днем все хуже и хуже. Вот откуда он здесь? Не гастроном же! (Хватает сыр клювом, взлетает на ель).
Мимо бежит Лиса.
Лиса (поводя носом): Вдруг сырный дух меня остановил. Однако же (оглядывается), ничего не вижу. (Собирается бежать дальше, но внезапно замечает ворону). Опаньки! Не рокфор, случайно? Очень уж ароматизирует пространство. Я даже слюной подавилась (присаживается). Откуда сыр, уважаемая? Выдали в собесе вместе с гречкой?
Ворона пытается каркнуть, но, вспомнив про сыр, передумывает и просто крутит крылом у виска.
Лиса (присаживаясь): Признаю, сморозила глупость. В собесе нынче продукты не выдают. Впрочем, как и продуктовые карточки. Так откуда тогда сыр, уважаемая? Если бы я не замечала вашу невзрачную тушку вблизи свалок и помоек, и впрямь подумала бы, что какой-то богатый дядюшка оставил вам наследство. И теперь вы шикуете.
Ворона поворачивается к лисе хвостом.
Лиса (усмехаясь): Мама дорогая! Какая вы, однако, обидчивая. И никакой холестерин вам не страшен после такой-то порции? А как же ближние, с которыми нужно делиться? Ну, подумайте сами, глупая вы птица, зачем вам в вашем преклонном возрасте такой здоровый кусок? Помню, я сама так однажды осенью, с голодухи, крекером с подсолнечником объелась, три дня потом животом маялась. А уж изжога была по утрам – будь-будь! Так что, пернатая удачливая женщина, будем по-братски, вернее – по-сестрински, кромсать этот ваш сыр?
Ворона делает вид, что не слышит и потихоньку сжимает сыр клювом, пытаясь его раздавить.
Лиса (обходя дерево, чтобы видеть ворону в фас): Знаю я, уважаемая, одну басню, где такая же несговорчивая жадина слопала в одиночку такой же огромный кусок, не могу вспомнить чего, и тотчас скончалась на месте! Даже местный ветеринар ей не помог! Так и лежала потом посреди проселочной дороги с раздутым животом. А уж раздут он был – страшно смотреть! Практически барабан. Так как там насчет того, чтобы поделиться?
Ворона, устав сжимать клювом твердый сыр, делает еще одну неуклюжую попытку повернуться спиной к лисе.
Лиса: Повороты вокруг своей оси, это лишнее. Я же вижу, как вам неймется. Как вам хочется его побыстрее склевать, но возможности уже не те. То ли дело у меня – когти острые как клинок! Я бы сейчас этот сыр разрубила бы на раз-два! И полакомились бы вдвоем. Но вы же не желаете меня слушать. Дескать, мы бедные, но гордые.
Ворона делает еще одну попытку повернуться, но теряет равновесие и, не выпуская сыра, камнем падает вниз головой!
Лиса (подбирая ворону с земли): Осталось пойти отловить в чаще лесной Колобка, свернуть его в трубочку и сделать себе бутерброд. Этакую шаверму в лаваше. Хотелось бы, конечно, солянку с копченой колбасой, но говорят, птичье мясо усваивается легче.
Убегает, оглядываясь.
(От автора: надеюсь, великий баснописец меня простит!)