Никогда еще звонок от бабушки не рождал такой интриги, это надо же, просто иллюстрация стоицизма — как ни пытала Ева, Маргарита Григорьевна не сдавалась. — Вот приедешь – расскажу, не телефонный это разговор. Только не затягивай, я твои любимые ватрушки пеку. Ватрушки оказались решающими, к бабушке Ева примчалась в этот же вечер. Выкладывая на блюдо румяные «солнышки», Маргарита Григорьевна улыбалась. — Ну, баб, не томи, — торопила девушка с набитым ртом. – Весь день мучаюсь. — Ешь, ешь. Я вот что спросить хотела, что прилично подарить на свадьбу, скажем так, возрастным молодым? — Смотря кому — родственникам, знакомым? — Вере Алексеевне. Ева поперхнулась: — Баб, да ей уже почти восемьдесят. Ой, прости. — Могла бы быть тактичней, мы ведь ровесницы. И не восемьдесят, а всего семьдесят четыре. — Но ты у меня еще ого, — девушка с гордостью посмотрела на бабушку, — а Вера Алексеевна уже лет двадцать в старушки записалась. И за кого она выходит? — Ой, такой интересный мужчина, в университ