Утро было ветренным, но теплым.
Констебль Пейс просматривал бумаги и задумчиво курил сигарету. Следователь Мануэль Флорес, занятый тем же, что и Пейс, молча пялился в окно.
— Это правда, что она была убита? — спросил Маккейн.
Пейс бросил взгляд на документы, потом поднял глаза на Маккейна.
Маккейн соскочил со своего места и оказался рядом с Пейс-то.
У Констебля Пейс было жесткое лицо. Сухие глаза и шрамы — следствие одной-единственной стычки с бандой контрабандистов. Но сейчас в глазах его читалась только усталость.
Из своего кабинета вышел Грант Мэлоун.
Увидев Маккейну, он остановился и с удивлением на него посмотрел.
Потом Мэлоуну что-то не понравилось в выражении лица Маккей-на. Мэло-н пожал плечами и подошел к своему столу.
Некоторое время оба сидели молча.
Разговор их нарушил Маккэн, который решительно подошел к полицейским. Он тоже бросил на Макке-на взгляд, полный презрения.
Мэлоун поднял голову и процедил сквозь зубы:
— Убирайся!
Маккейну показалось, что он ослышался. Но затем Мэлоуне вновь повернулся к Пейс.
В его взгляде не было ни презрения, ни ненависти, в нем была только усталость и неодолимая злоба.
Грант Мэлоу-н протянул руку, желая, видимо, пожать протянутую ему руку, но в последний момент что- то в облике Маккейка остановило его.
Как бы между прочим Мэлоуна спросили:
— С вами все в порядке, Мэлоу?
— Я в полном порядке. А вот мне кажется, что дело тут нечисто.
Дэвид Маккэ-нк пожал плечами.
Следователь Пейс вырвал из блокнота лист и что-тo написал на нем. Потом сказал:
Прекрасно. Возможно, так оно и есть.
После этого он поднял глаза и пристально посмотрел на Мак-кэн а.
Это был взгляд, исполненный ненависти и ненависти бессильной.
Все они заметили это.
Седовласый мужчина в потертых замшевых туфлях и очках с золотой оправой, сидевший за столом в углу, поднялся и подошел ближе к Маккэдну.